Сладкая для Палача

«Кое-кто» уже порядком наделал много ужасных дел!

Этот чертов полукровка Габриэль, который грезил избавить род берсерков от их звериной сущности. Или истребить под самый корень, чтобы они больше не были злом для тех редких людей, что попадались на их пути.

Озлобленный и помешанный на собственных обидах, он не понимал, что самые большие жертвы среди людей от рук берсерков были именно по его вине.

Он никогда не жалел тех, кого бросал на растерзание, только чтобы остаться за щитом из людских тел и опробовать очередную игрушку в своих руках."

"И самым раздражающим было то, что его не могли отыскать даже мы.

МЫ!

Палачи!

Создания, которых считали наполовину божествами, черт побери!

МЫ!

Самые быстрые, сильные и незаметные в мире!

Те, с кем не могла бы конкурировать ни одна человеческая армия!

Это бесило настолько, что я не сразу понял, что рычу.

Как зверь.

Монстр.

Но не мутант, а метис — создание, которое собрало в себе самые лучшие качества двух хищников — волка и медведя.

А еще кровь великого и загадочного колдуна забытых времен, чье имя затерялось и сгинуло в веках.

Я верил в то, что чувствовал Ран.

Он был странным, замкнутым, но иногда казалось, что способен кожей определять то, что происходит вокруг, даже если наши инстинкты спали.

В этом он был особенный: уровень его чувствительности был настолько высоким, что, боюсь, этого не представляли даже мы с братьями.

— Если что-то случится — звоните волкам, — вдруг проговорил Ран, протягивая нечто похожее на сотовый или рацию. — Они знают, как остановить меня.

На душе стало тяжело, но это была реальность, которую я сотворил сам своими руками.

Если бы в тот страшный день я не дал ему пожертвовать собой, пока мы выводили и выносили очередную партию замученных и изувеченных берсерков из очередной лаборатории, а сказал бы Рану уходить — то не было бы его безумия.

Не было бы этой ноющей дыры в моей груди, которая не зарастала с годами.

Я знал, что всё могло было быть по-другому!

Знал, что я мог бы всё изменить, если бы вмешался.

Знал, что я МОГ вмешаться… но не сделал этого…

— Волки?

— Дарк, — Ран вложил мне этот агрегат в руки. — Из рода Черных волколаков. Из особенной семьи. Он знает, что со мной делать.

Я только вскинул брови, потому что меня это задело.

Черт, я был братом Урана.

Мы росли сотню лет бок о бок, но даже я не знал, как можно остановить его, когда Рана начинали использовать, как марионетку, в грязных целях, чаще всего направляя против берсерков.

Потому что только Ран был способен стать той армией, которая сокрушит кого угодно.

Даже нас.

Когда у меня завибрировал телефон, я не смог сдержать глупой и широкой улыбки.

Соскучилась моя девочка!

Не выдержала и сама позвонила.

Я тоже о ней думал всё время.