Слабая герцогиня. 10 способов унизить невесту (СИ)

Родителей, родственников, педагогов и даже друзей моих родителей.

Мама хотела видеть меня настоящей леди — этикет, языки, танцы, музыка, каллиграфия. “Эммочка на днях получила приз на юношеских соревнованиях по верховой езде.” “Ох, да что вы, какая она у вас умница!”… “Эммочка, прочти тот стих, с которым ты выходила на школьном вечере.” “Конечно, мама.”… “Эммочка, папа не одобряет бальные танцы, ты в таком возрасте, когда не стоит проводить слишком много времени с другим мальчиком.” “Этот мальчик, мой партнёр по танцам и мы общаемся только в бальном классе. Мама, мне очень нравятся бальные танцы, пожалуйста, разрешите мне продолжить!” “Ничего, я уже присмотрела тебе кое-что другое для занятий”… “Папа, мне бы больше хотелось заниматься дизайном одежды.” “А у меня нет компаний, в которых нужен дизайнер одежды. Зато мне пригодился бы толковый архитектор.”… “Моя Эммочка завтра улетает в Лондон на дополнительное обучение по курсу архитектуры пространства.” “Да что вы, опять? Она же только недавно откуда-то вернулась!”… “Мама, вы с папой уверены, что мне обязательно выходить замуж за Айзека? Мне кажется, он ко мне равнодушен…” “Ну что ты, девочка, посмотри, какая из вас красивая пара! Уверена, он оценит тебя, ты же у нас такая умница! К тому же его родители от тебя в полном восторге!”…

— Тэнно виссанли, вои денас?

Бодрый женский голос доносится сквозь вату, из которой мне не хочется выплывать. Я не ощущаю тело, лишь приятное чувство лёгкости и уюта. Кажется, мне снился сон, в котором я летала, но как ни стараюсь, не могу вспомнить детали.

— Ваша светлость! Госпожа! — тот же голос звучит ближе, грубо вторгается в мой уютный мирок. От резкого звука хочется поморщиться.

В следующее мгновение болезненные ощущения лавиной накатывают на сознание, а глаза начинает нестерпимо резать от яркого света.

— Ммм… — словно со стороны слышу едва слышный стон, хотя мне хочется взвыть от боли и сжаться от безотчётного страха.

Какое-то время уходит на то, чтобы совладать с непослушными веками. Тело кажется чужим и совершенно не слушается меня.

— Ой, что ж это вы, госпожа? Никак приболели? Я приведу лекаря! — бодрость в незнакомом голосе сменяется тревогой и меня оставляют в покое.

— Когда госпожа снова очнётся, дашь ей вот это. А те травы нужно будет заварить чуть позже.

— Ваша светлость? Вы меня слышите? — приятный мужской голос, опять незнакомый или знакомый? — Если вы меня слышите, то промычите что-нибудь ещё раз.

— О, просто замечательно! Не беспокойтесь, вы уже идёте на поправку и вскоре полностью выздоровеете.

Выздоровею? Силюсь вспомнить, как я заболела, но в голове страшная путаница. Хочется задать вопросы и, наконец, осмотреться, но у меня ничего не выходит.