Слабая герцогиня. 10 способов унизить невесту (СИ)

Прочь с террасы, прочь с этого праздника, прочь от посторонних глаз… муж нагоняет на парковой дорожке и грубо хватает за локоть.

Отдёргиваю руку и срываюсь на бег. Несусь не разбирая дороги, но где мне в туфлях и длинной путающейся юбке оторваться от широких мужских шагов? Айзек тут же нагоняет и теперь впивается в предплечья.

— Отпусти, мне больно!

Мы углубились в парк и сюда уже не достаёт яркий свет старинного особняка. Лишь аккуратные низкие фонарики в траве вдоль тропинок освещают путь гуляющим гостям. Но сейчас мы одни.

— Мне кажется, ты забываешься, дорогая Эмма.

Замирает опешив, потому что впервые за два с лишним года нашего брака я повышаю голос. Что-то толкает меня. Обида, которая копилась внутри всё это время, несправедливые обвинения.

Мне не дают распоряжаться своей жизнью, не дают заниматься любимым делом, запрещают носить вещи, которые мне нравятся. Мне указывают, когда и кому нужно улыбаться, не спрашивая, а хочу ли я вообще улыбаться!

Что-то ломается во мне сегодня. Мне надоело быть удобной для всех. Я хочу жить, дышать, чувствовать то, что чувствую, а не то, что от меня хотят. Возможно, это всё ещё стресс после потери ребёнка, а может грустная улыбка моего нечаянного партнёра по танцу…

— Я видела вас сегодня! Снова! И знаешь что? Мне надоело молчать! Ты дашь мне развод сам или я обо всём расскажу отцу, слышишь?! Меня всё это достало! — блефую, потому что отец не позволит мне развестись. Связи и репутация важнее моих “выдумок”.

— Захотела развода? После того как позволила сегодня какому-то мудаку лапать себя? Что, милая, не хватает разнообразия в постели? Или ты уже опробовала и тебе понравилось? — тон его голоса жалит как яд, его слова проникают внутрь кислотой.

Как во сне, моя рука сама вскидывается, и я пытаюсь залепить ему пощёчину. Он перехватывает кисть и больно сжимает, слегка выворачивая её. Как всегда, упивается моей беспомощностью.

— Отпусти! Не смей прикасаться ко мне! Выпусти!

Бью его по ноге и вырываю запястье, бросаясь в сторону, но он наваливается на меня, и мы падаем на землю.

Копчиком ударяюсь обо что-то твёрдое, в памяти вспыхивает картинка ограждённой натуральными камнями клумбы. Тело пронзает резкой болью, но сознание её словно игнорирует. Потому что сейчас я вижу нечто более страшное и опасное — ярость в глазах мужа. Мне знаком этот взгляд. Взгляд, полный безумия и садистского удовольствия. Меня начинает трясти, а его руки уже сжимают тонкую шею.

— Не смей мне указывать! Не смей мне перечить! Ты знаешь, что я могу сделать с тобой… и если ты только откроешь свой рот…

Окончание фразы уже не доходит до моего сознания.

Я всегда была послушной дочерью. Меня отправляли в лучшие школы и я старалась изо всех сил, чтобы не разочаровать.