Сквозь огонь

Много дурного слыхал, не скрою. Однако и хорошего о тебе говорят немало. Что не только с оружием ты хваток, но и в торговом деле изряден.

– Ну так надо ж как-то сбывать то, что клинком взято, – пожал плечами Сергей, всячески изображая, что повелся на лесть. – Так лучше уж хорошим людям за хорошую цену отдать. И мне хорошо, и друзьям моим прибыток.

Ага, замаслились глазки. Слова «военная добыча» для купца – как для кота сметана.

– Вот и хорошо, – одобрительно проворковал Перятыч. – Вот и поладили…

Поладили. Но не совсем.

– Почему об Усыне сразу не сказал? – строго спросил наместник.

– А зачем? – Сергей покрутил налитое в серебряный бокал вино, отпил. Неплохо. Вот интересно: раньше он любил посуше, а теперь – послаще. – Что по голове дубьем, что головой по дубью – разницы не вижу.

И одарил наместника максимально невинным взглядом. Это у него неплохо получалось, если хотел: смотреть по-мальчишески. Впрочем, «взгляд князь-воеводы» у него получался еще лучше.

– Или ты считаешь, что резать ночью гостей – это по закону?

– Это ты так говоришь.

Наместник не оспаривал версию Сергея. Просто констатировал факт.

– У меня достаточно свидетелей.

– Ты ж только холопов да баб в живых оставил, – напомнил Прокуй Перятыч, в свою очередь изображая простодушие.

Вот только Сергей ему верил не больше, чем тот – Сергею. Физия у наместника – как морда медвежья, глазки маленькие, алчные… Вот как такому поверить?

Но Сергей ему открылся. Потому что знал: пусть Перятыч – хитрюга и коренной новгородец из лучших людей, но человек справедливый и не враг. И варягов он уважает, а особенно одного – великого князя Киевского Олега. А Олегу нынче конфликты между Новгородской республикой и варяжской братией не нужны категорически.

– Тем проще, – улыбнулся Сергей. – Кладем и Усыню в общую кучу. Тем более Грудяте он младший родич. А перечить нам никто не станет. Разве что через ведьму какую, что за Кромку ходит.

Наместник оценил шутку. Улыбнулся скупо:

– С еще той зимы понял: высоко ты поднимешься, Вартислав Дерзкий, если…

– Если не убьют! – перебил Сергей, улыбаясь. – Мне уже говорили, Прокуй Перятыч. Не раз. А уж сколько раз убить пытались – не счесть. – И, посерьезнев, твердо: – Кто на моем пути встанет, там же и ляжет. Но кто мне друг, тому я и спину прикрою, и плечо подставлю. А ты мне кто, Прокуй Перятыч?

– Друг, пожалуй, – сказал наместник, сгреб бороду в кулак, глянул исподлобья. Ну да, парнишка, не набравший и четырех пудов весу, предлагает подставить плечо ему, давно перевалившему за центнер и втрое старшему… Но верится же!

– Как тебя по отчеству, Вартислав?

– Прости, Прокуй Перятыч, не могу сказать. Не в обиду: я о том ни Стемиду не сказал, ни великому князю, ни тестю моему будущему Торварду-ярлу. Гейс.