Сквозь огонь

Тот покачал головой:

– Копыл не мой, он из городской дружины десятник. Тысяцкий Неревского конца Хвалибор над ними в этом году старший.

– Ты здесь, Хвалибор? – поинтересовался Олег.

– Нету его! – закричали из толпы. – Отъехал!

Ясно, что нет его. Такой персоне положено на важном месте восседать. А если уж в толпе – то в первом ряду и на виду.

– За Хвалибора – я! – радостно сообщил Своежир.

– Опять ты, – покачал головой Олег. – Неужели у вас, новгородцев, достойных людей не осталось?

Вот сейчас он обидно сказал. Для новгородцев. А в особенности для Своежира.

Но тот, хитрая тварь, сделал вид, что не понял.

– Послать за Копылом, великий князь?

Олег проигнорировал, повернулся к наместнику:

– Прокуй, давай обоих сюда. Копыла и этого… Грудяту. И за другими тысяцкими пошли. А то, если на этих глянуть, так в Новом Граде и нет никого, кроме неревских.

Грудята не пришел. Сказался больным. Зато представители других концов явились, и в изрядном количестве. На тысячи счет пошел. И, как водится у новгородцев, все сразу начали шуметь, да так, что трем глашатаям не переорать. Даже подраться ухитрились.

Драку, впрочем, быстро разняли. И тишину установили. Относительную. Потому что всем было любопытно, для чего собрали. Может, великий князь что интересное предложит? Раздачу халявную или дело какое доходное? Или казнь какую-нибудь изощренную?

Допрос десятника Копыла ни в одну из перечисленных категорий не попадал. Ну да. Остановил. Ну да, подозрительным показался.

– Почему так? – спросил наместник Прокуй, которому Олег поручил вести дознание.

– Ну так бронь на них больно хороша, – простодушно сообщил десятник. – А сами молоденькие и всего четверо. Подумалось сперва: ограбили кого.

Развеселил. Особенно гридь.

– А потом? – поинтересовался Прокуй.

– А потом другие подошли, – столь же простодушно ответил Копыл. – Много. Да еще и нурманы с ними. И понятно стало: даже если и разбойники, то нам не совладать. Но обошлось. Не убили, не ограбили, только коней отняли.

– А вот он говорит, – кивок на Сергея, – не отняли, а сменяли. На лыжи. И ты согласился.

– А как тут не согласиться? – пожал плечами десятник. – Их вдвое против нас. Да еще и нурманы. Да и лыжи они нам тоже не дали. Хорошо, дорога укатана была.

– А скажи мне, Копыл, назвал ли себя этот воин, когда тебя встретил?

– Ага, – подтвердил десятник. – Сказал, что из Стемидовой гриди он.

– И все равно решил, что разбойник?

– Так эти, Стемидовы, главные разбойники и есть! – пылко воскликнул десятник. – Они ж нас грабят, как хотят! А шурина моего начисто обобрали две зимы тому, когда тот в ихнем селище торговал!

Вот это уже толпе понравилось. Зашумели одобрительно. Надо полагать, десятник выразил общее мнение новгородцев, независимо от района проживания.