Сквозь огонь

 – Что оскорбительного в том, чтобы назвать мишку мишкой, а зад задом?

Он теперь стоял по левую руку гридня. Почти вплотную. Можно и сапогом пнуть, если ногу из стремени вынуть.

Но гридень пинать не стал. Он чуял нехорошее. К тому же, как и большинство северян, драться предпочитал пеше. А если конно, то хотя бы на подходящей для копейного удара дистанции. Потому он рефлекторно подал коня назад… Попытался подать. Но Сергей придержал.

– Не уходи, – сказал он. – Мы не договорили. И ты не назвался. Это нехорошо. Как же я тебя, безымянного, на перекресток позову?

– У нас нет такого обычая! – выкрикнул гридень.

Он не понимал, что происходит. Их намного больше. Это варяги должны бояться. А они не боятся.

– Коня отпусти, – потребовал он. – Я сказал: с нами поедете!

– А если нет? – ухмыльнулся Сергей.

– Тогда будем вас бить! – грозно заявил гридень, не пытаясь, впрочем, взяться за оружие.

Он видел золотой браслет на запястье Сергея. Видел отменную кольчугу в распахнутой на груди дорогой шубе. Юнец этот явно не простого рода. Такого зарубишь – ввек не рассчитаешься. Опять-таки варяг. А варяги мстительны.

Так что когда на дороге показались люди Сергея, гридень даже некоторое облегчение испытал. Понял, почему молодой ведет себя так нагло.

– Ух ты! – удивленно воскликнул шедший первым Наслав. – Какую наш старший рыбку поймал!

Конные новгородцы сбились в кучу. Похоже, нацелились дать деру. Их командир сильнее рванул поводья. Коник всхрапнул, но остался на месте. Сергей держал крепко.

Хвататься за оружие новгородец по-прежнему не спешил.

Он был неглуп и понимал: да, кони скачут быстрее, чем бежит лыжник. Но лыжник может бежать долго. Нет, он мог бы рискнуть: дать своим команду к бегству, а сам попробовать достать меч…

Но безусый варяг, который пригрозил ему поединком, мог оказаться проворнее.

– Это что за люди? – проворчал новгородец, пытаясь показать, что совсем не испуган.

– Как кто? Десяток мой. Я же сказал, что я – десятник князя Стемида. А еще с нами жены с детьми. Путь неблизкий проделали. Утомились очень. Как хорошо, что мы вас встретили. Удачно получилось. Дерруд! – позвал он по-словенски. – Вот этот воин новгородский нам помочь желает. Я сказал ему, что с нами жены да дети, и он согласился нам помочь. – И, новгородцу: – Ты же готов нам помочь по-дружески?… Напомни, как тебя зовут, а то запамятовал.

– Копыл я, – мрачно сообщил вой. – Новгородского тысяцкого Хвалибора гридень опоясанный. Что за помощь тебе нужна?

Новгородец уже сообразил, что время упущено. Деру дать не получится. Бойцы Сергея просочились по обочинам, оцепляя новгородский отряд.

А Дерруд уже встал по правую сторону от новгородского гридня и положил обнаженный клинок на конскую холку.