Сквозь огонь

Однако первым к запертым воротам гарда пришел, вернее, прибежал не неведомый враг, а Стурла с тремя хирдманами-родичами.

И сразу заорал, чтобы ворота немедленно открыли. Ему.

И их открыли бы (хольд как-никак), но на заборе очень удачно оказался Три Скалы. Обругав Стурлу за то, что шляется невесть где, когда враг вот-вот нападет, Грум велел скинуть хольду и его людям веревку, по которой те и вскарабкались наверх.

– К девкам ходили, – пояснил Стурла, переводя дух. – А у вас тут… Ух!

«Ух» относилось к возникшим из белого марева вражеским хирдманам.

– Ярла позови, – приказал хольду Три Скалы. – Скажи: гости прибыли. Щедрый пришел.

Грум не разглядел лица Скельдума-ярла. Признал его по доспехам.

Затворенным воротам Скельдум, похоже, удивился. Встал неподвижно и смотрел на приготовившийся к обороне город. Ничего не предпринимал.

Надо полагать, ждал появления потенциального родича.

Торвард не заставил его ждать долго. Поднялся на стену и громогласно поинтересовался, что Скельдум тут делает.

– Погостить пришел! – крикнул Щедрый. – Тебя удивляет, что я пришел повидать своего друга и родича?

– Я тебя не ждал! – парировал Торвард. – Почему ты здесь?

– Друг мой Торвард! Я пришел сообщить тебе, что с твоей землей все хорошо! Но я беспокоился о тебе. Вдруг в этой чужой земле с тобой что-то случилось? Я беспокоюсь о тебе, друг мой Торвард!

– Как видишь, у меня все хорошо! – последовал ответ со стены. – Мои стены крепки, а люди надежны.

– Я рад! – сообщил Скельдум. – Это хорошо, когда можешь доверять своим людям. Доверие и дружба – вот настоящее богатство.

Торвард не стал спорить. Ждал продолжения.

И, разумеется, дождался. Скельдум решил протестировать интеллект коллеги-ярла.

В ультимативной форме, апеллируя к богам и обычаям, потребовал оказать ему и его людям должное гостеприимство. Мол, шли они издалека, замерзли, проголодались, и посему Торвард-ярл, как человек не чужой, должен немедленно предложить им стол, кров и прочее. Тем более что привело их сюда исключительно беспокойство о Торварде и его дочери Кольгриме.

– Боги велят нам не отказывать гостю в приюте! – зычно провозгласил он, встав напротив запертых ворот.

– Я и не отказываю! – отозвался Торвард. – Охотно впущу тебя и пять… нет, даже десять твоих людей!

– А остальным что же? Умирать от голода и холода?

– За стенами моего гарда достаточно домов, чтобы укрыть от вьюги твои сотни! – возразил Торвард. – Что же касается пищи, то они могут съесть все, что они отыщут в домах моих людей! А еще они могут поохотиться в моих лесах! Я не возражаю!

Щедрый подумал немного и заявил, что согласен.

– Ворота приоткрыть, только когда я скажу, – распорядился Торвард. – Стрелки на стены – в готовности. Грум, три десятка к воротам. Эти пусть заходят по одному.