Скверный маркиз

«Да, это совсем другое, — подумала Орелия, — приехать на бал в платье, что не очень-то тебе к лицу, или — предстать перед всеми в наряде принцессы… сразу становишься такой привлекательной, что все тобой восхищаются…»

Все молодые люди немедленно возжелали с нею потанцевать и начали осаждать ее, едва она появилась в зале. Одно лицо сменялось другим, один разговор — следующим, таким же, или почти таким, как предыдущий, и впечатления Орелии были столь же однообразны, как эти разговоры, и лишь одно ее занимало — сам величественный танцевальный зал Девонширского дворца, красота статуй, картин, мебели, дамских нарядов, сверкающих драгоценностей, орденов и знаков отличия — все это сияло и переливалось в свете хрустальных канделябров и не оставляло времени подумать о чем-нибудь еще. Она все же заметила, что второй раз танцует с одним и тем же джентльменом, которого в начале бала ей представила герцогиня. То был граф Ротертон.

— Здесь немилосердно жарко, — сказал он ей после вальса, — может быть, подышим немного свежим воздухом?

— Наверное, это было бы приятно, милорд, — согласилась Орелия, и они вышли на балкон, а потом спустились по каменной лестнице в парк. Бордюры дорожек и цветочные клумбы были украшены сверкающими огоньками, на ветвях деревьев блестели китайские фонарики, и гуляющих в парке было почти столько же, сколько танцующих в зале, однако граф сразу же увлек Орелию к скамье под развесистой ивой, почти скрывшей их от посторонних взглядов. Свет золотистого китайского фонарика падал на светлые локоны Орелии, увитые лентой бриллиантовых звездочек, которую Кэролайн одолжила ей на этот вечер.

— Вы прекрасны! — сказал граф, и Орелия повернулась к нему. Это был мужчина лет сорока, темноволосый, с уже седеющими висками, жестким и дерзким взглядом. Его лицо в изобилии являло следы беспорядочной жизни, а толстые губы внушали Орелии чувство, близкое к отвращению, хотя большинство женщин сочло бы это лицо красивым. Знакомя их, герцогиня упомянула, что граф Ротертон — очень близкий друг маркиза.

— Это мой первый большой бал, — проговорила Орелия, надеясь, что он не заметил, как она покраснела от его комплимента.

— Вы так же неиспорчены и милы, как хороши, — и он положил ладонь на ее обнаженное плечо.

Орелия отодвинулась:

— Полагаю… мы с вами… недостаточно знакомы… чтобы вы говорили… подобные вещи!

— Ну, это легко исправить. Мы можем узнать друг друга и поближе, гораздо ближе…

Его слова заставили Орелию вздрогнуть.

— Наверное… мне лучше вернуться в зал, — несколько нервно отвечала она. — …Я приглашена… меня ждет партнер, — и она хотела было встать, но граф удержал ее за руку.

— Не надо так торопиться — я хотел бы поговорить с вами…

— О вас.