Ненавижу. Скучаю. Люблю

Кто-то в одиночестве, а некоторые в компании целых семей и друзей. Я спустилась вниз, проскользнула мимо маленького фонтана, где изо рта золотой рыбки поливали прозрачные струи воды, и уселась на лавку.

Вытащила телефон из кармана, открыла книгу и принялась читать, потому что больше и не знала, чем себя занять. Однако строки никак не укладывались в голове, я постоянно мыслями уносилась в момент с дракой, к Антону, Наде и тому мальчишке в татуировках. Как он там? Все ли с ним будет нормально?

Минут через двадцать небо затянуло тучками, немного потемнело. Я заправила прядь волос, которая выбилась из косы и повернулась в сторону корпуса. Антон вышел с заднего входа, обошел машину скорой помощи, которая припарковалась буквально с минуту назад. Он двигался уверенно, держа в руках прозрачный пакетик.

Я махнула ему рукой, намекая, что жду здесь. Леваков кивнул и буквально через минуту оказался рядом.

— Ну как дела? — спросила я. Убрала телефон в карман джинсовой юбки, поднялась и встала напротив парня.

— Нормально, — спокойно сообщил Антон. — Оба нормально. Через час родители приедут, пусть разбираются. Грановские, конечно, важные шишки, но Надя позвонила папе, а он такие вещи с рук не спускает. У него связей побольше будет. Можешь не переживать за них.

— Вот как? — я облегченно выдохнула. Задрала подбородок и улыбнулась, хотя улыбка давалась мне с трудом. По крайне мере, после пережитого стресса сегодня.

— Ты сама как? — голос Левакова сменился со строгого на более мягкий. Он вдруг вытащил из пакета перекись и ватные палочки. Быстрым движением открыл крышку, полил на ватку. Чуть наклонился ко мне и коснулся кончиком палочки моих губ. От неожиданности я вздрогнула, захлопала ресницами, ощущая, как учащается сердцебиение.

— Помолчи, — ответил Антон, не сводя глаз с моих губ. Я успела забыть о ранке, интересно, когда он заметил.

— Я могу и сама, — прошептала, смущенно. Леваков был слишком близко, его горячее дыхание обжигало мою кожу, его близость опьяняла.

— Помолчи, Юля, — и я замолчала. Старалась не улыбаться, хотя губы едва не растягивались в улыбке. С какой заботой и осторожностью Антон протирал уголок от запекшейся крови, так, наверное, ни один санитар не делает.

Я засмотрелась. На шею парня, на маленькую родинку чуть ниже уха, на короткие волосы, которые переливались каштановым цветом. Вдыхала запах свежести и мяты, исходящий от Левакова, и едва держалась на ногах. Земля мне показалась какой-то неустойчивой, словно плыву по волнам, словно меня вот-вот накроет мощная волна.

— Больше так не делай, — произнес достаточно строго Антон, чуть отдаляясь. Однако его лицо все равно было близко, мы едва не касались носами друг друга. Я сглотнула. Щеки у меня горели, а губы покалывало от волнения.