Скрытые намерения

– Но они же не знают, что она моя дочь! Это никак не повлияет на их оценку ситуации! – Она взглянула в поисках поддержки на Уилла, но тот упорно отводил взгляд.

Эстрада удивленно уставился на нее. Она практически кричала, встав с кресла и сжав кулаки. Когда такое случалось?

– Дело не в том, что вы мать, – мягко произнес он. – У меня самого трое детей, Маллен. Если б кто-нибудь из них сейчас находился в этой школе, я бы развалился на куски. Если что, то я просто поражен тем, насколько хорошо вы держитесь. Но вам никак нельзя вести эти переговоры.

Эбби снова опустилась в кресло.

– Смена переговорщиков всегда опасна. У меня уже достигнуто взаимопонимание с этими людьми. Я добилась значительного прогресса. Если сейчас мы поменяем…

– Ты дала нам вескую причину объяснить эту замену, – вмешался Уилл.

Она недоверчиво повернулась к нему.

– Ты сказала им, что собираешься расследовать их претензии, верно? И подала это так, будто намерена проделать это сама. Они поймут, если ты не сможешь поговорить с ними, пока будешь этим заниматься.

– Уилл, ты же знаешь, что я справлюсь! Если что, то присутствие там Сэм лишь поможет мне сосредоточиться. И мы даже не знаем, находится ли она в числе заложников. А вдруг мы поменяемся, а она через две минуты появится здесь? Мы лишь напрасно поставим эти переговоры под угрозу. Мы не можем себе этого позволить.

– Это не обсуждается, Маллен, – твердо сказал Эстрада. – И это не вам решать, и не Верину. А мне. Я хочу, чтобы вы поменялись, и сделали это как можно скорее.

– Верин! – Эстрада отвернулся от нее. – Через двадцать минут жду вас здесь на совещании с участием Бейкера из ГБР. На данный момент у меня все.

Это было похоже на один из тех ночных кошмаров, в которых ты куда-то безостановочно падаешь. И Эбби не за что было ухватиться, чтобы остановить это падение.

Эбби, надев наушники, опять сидела в кресле главного переговорщика. Невидимый кулак вцепился ей в сердце, медленно сдавливая его.

– Ну что, готова? – спросил Уилл.

– Да, – шепнула она.

Верин коснулся ее руки, и Эбби резко отстранилась. Он убрал руку и надел свои собственные наушники.

Она нажала на кнопку вызова. Где-то в школе зазвонил телефон. Один гудок. Два гудка.

Горло у нее сжалось. Эбби не была уверена, что сможет говорить, как только ей ответят. Похоже, она не готова к этому. Уилл и Эстрада правы – ей нельзя вести эти переговоры. Она даже не способна выполнить такую простую задачу, как передачу дела другому переговорщику. Эбби бросила взгляд на кнопку отключения линии. Наверное, следует прямо сейчас дать отбой, прогуляться, успокоиться, а затем позвонить снова. И она чуть было не сделала это.