Скованные

Нет, я боюсь! Мы слишком глупы для такого серьезного шага…

Я не готова подставить свою шею, повесить на себя чей-то запах. Но Макс этого и не требует, верно?

Проклятье… это все еще истинность или игры разума?

Оставила стон у Макса во рту, потерлась о твердый бугор подо мной.

Хочу его… Всхлипнула и оторвалась от желанных губ. Поцеловала щеку, скулу, спустилась на шею. Лизнула кадык, чувствуя вибрацию стона.

Руки Макса будто пытались быть везде одновременно.

Пьянящий запах истинного словно сразу поступал в кровь, минуя легкие. Припала в поцелуе к сгибу шеи. Рваное дыхание возбужденного Малина лишь подстегивало не останавливаться. Затуманенный разум не протестовал.

Слегка прикусила клыками кожу, слух обласкал глухой хрипящий стон. И почему не возникает вопроса: "Как это сделать"?

Сомкнула зубы, протыкая клыками мягкую кожу. Металлический привкус расползся по языку вместе с коротким шипением Макса. Теперь под ладонями чувствовалось стальное тело.

Наверняка это больно, а мне… Очень хорошо. Фантастическая волна тепла прошла от пяток через все тело до макушки, подобно необычному оргазму. Пальчики поджались на ногах, сжала между пальцев жесткие волосы. Веки трепетали от растекающегося удовольствия, оседающего в животе.

Кровь засочилась из небольших ранок. Лизнула их раз, второй, третий…

— Похоже, без пластыря не обойтись, — язык странно заплетался, закусила растекающиеся в блаженстве губы.

Веки норовили закрыться, но я усилием воли их поднимала.

Макс усмехнулся мне, коснулся губами в легком поцелуе, и я провалилась в темноту.

Темнота резко закончилась ярким светом. Перевернулась на спину с невероятной слабостью в теле, приложила непослушную руку ко лбу, жмурясь.

Слегка приоткрыла глаза. Ничего не видно из-за света.

Я напротив окна? Почему так ярко? В комнате я сплю головой к окну. Где я вообще?

Кадры минувшего вечера пронеслись цветной кинолентой.

Удрученно простонала, садясь на… постели. Большой. На второй половине измята простынь, подушка еще хранила форму головы.

Я поставила метку и вырубилась. Зачем я это сделала?! Зачем укусила…

Идиотская истинность, чертов Малин… Играл на инстинктах, довел до помутнения, и я повелась.

Сам виноват. Не надо было настаивать, уговаривать. Я пыталась его вразумить, моя совесть чиста.

Здоровенное окно в половину стены напротив ничем не прикрыто. Спустила ноги с кровати, ступни утонули в высоком черном ворсе ковра. Прямо по курсу две двери рядом. Если там есть раковина с водой, я буду счастлива.

За одной дверью обнаружилась большая светлая гардеробная, завешанная костюмами, футболками, рубашками, свитерами. Полки с обувью пестрят различными кроссовками.