Сколько стоит любовь

Было приятно, что герцогиня говорит столь открыто. Мне льстила ее откровенность.

- Мужчины порой бывают как дети, - сказала леди Вайолет, - причем, даже самые умные из них. Мой сын умен. Он получил Штормовой предел в свои владения в возрасте тринадцати лет и с тех самых пор сам вел все дела. Конечно, отец ему помогал, где советом, где и деньгами, что уж греха таить, но это было лишь на первых порах.

Кивнув на слова герцогини Астер, я не нашла, что сказать. Но, кажется, леди Вайолет и сама была не прочь поговорить, поскольку продолжила:

- В браке очень многое зависит от женщины. Конечно, ваша матушка с вами говорила по этому поводу. Я просто не имею права давать вам советы, но, если вдруг вам понадобится моя помощь, тот же совет, или просто захотите поговорить откровенно, я всегда буду к вашим услугам.

Я снова промолчала. Затем невольно оглянувшись назад, увидела мужчин, порядком отставших от нас. Погруженные в свою беседу, они то останавливались на месте, что-то горячо обсуждая, то снова начинали идти. Так незаметно расстояние между нами увеличилось и теперь мы не могли слышать то, о чем они говорят, а они не слышали то, о чем говорили мы.

Сама не знаю, что потянуло меня спросить. Глупое любопытство, но я должна была знать. Хотя и понимала, что Кэшем, скорее всего оскорбится, узнав, что я задаю вопросы его матери.

- Ваша Светлость, - произнесла, глядя на женщину, - я заметила некоторое напряжение между лордом Фрейзером, с которым мы познакомились не так давно, и Бенедиктом. Но муж не ответил мне на вопрос, что с этим связано. А я хотела бы знать, могу ли общаться с Фрейзерами? Вдруг между вашими семьями есть препятствие?

- Фрейзер? – приподняла брови герцогиня. – Милый молодой человек. Правда его внешность я бы назвала хищной, - добавила она чуть тише, склонившись ко мне, - но это не отражается на его внутреннем содержании. Он учтив, мил.

- И все же, что-то есть, - проговорила я. – Но Бенедикт не желает рассказывать.

- Видимо, это мужское, дорогая. Мужчины могут повздорить из-за отличной кобылы, упущенной на торгах, охотничьей собаки, да что угодно. Наши семьи никогда не враждовали и, полагаю, не станут враждовать впредь.

Вот так. Я отвела глаза. Леди Вайолет или не знает истинную причину, или решила не рассказывать мне, поскольку сам Кэшем не стал этого делать.

Выдохнув, подняла взгляд и устремила его туда, где за краем утеса уже виднелся шпиль башенки с развевающимся флагом. С берега его было почти невозможно разглядеть, а ближе мы не пошли.

Взяв меня под руку, леди Вайолет развернулась, и мы вернулись к нашим мужьям.

*********

В опустевшем доме было темно. Где-то внизу горела одинокая свеча, но та часть прислуги, кто остался присматривать за домом на время отсутствия господ, уже давно спали.

Тень скользнула по коридору.