Сказочный корабль

Но Хаскинг тут не причем. Он не приказывал пытать его. Это сделали арабы-ваххабиты. Они, знаешь ли, недолюбливают сторонников Второго Шанса. И когда они заполучили Геринга, то начали его пытать — с помощью этих африканских негритосов, дагомейцев, которые, как я слышал, не садятся завтракать, пока не прирежут дюжину людей. Когда Хаскинг узнал, что там творится, он велел прекратить пытки, Геринг был уже почти мертв. Но он успел поговорить с Хаскингом, назвал его своим духовным братом и сказал, что прощает его. Сказал, что они еще встретятся в долине Реки. Хаскинг был потрясен этим — так говорили его люди.

Потребовалось некоторое время, чтобы Сэм переварил новости, которые заставили его нервничать еще сильнее. Его огорчение было так велико, что он даже не получил удовольствия от известия, что Хаскингу удалось провести великого мастера обмана — короля Джона. Однако предусмотрительность и дальновидность Хаскинга вызвала у Сэма восхищение. Хаскинг понял, что существует только один метод вести дела с Джоном — и он этим методом воспользовался. Очевидно, совести у него было гораздо меньше, чем у Сэма Клеменса.

Принесенные Джонстоном новости меняли ситуацию. Если Иэясу готовит нападение в эту ночь, вряд ли им удастся выбраться за стены во время дождя. Завоеватели из Соул Сити будут настороже. Сэм опустил голову. Его планы снова потерпели крах.

— Что случилось, Сэм? — спросила Ливи. Она сидела рядом и печально смотрела на него.

— Я думаю, с нами все кончено.

— О, Сэм! — воскликнула она. — Где же твое мужество? Как можешь ты говорить это? Ты так легко впадаешь в уныние, когда обстоятельства поворачиваются против тебя! Ведь мы получаем реальную возможность вернуть Корабль! Пусть Хаскинг и Иэясу уничтожают друг друга — и потом мы вышвырнем их прочь. Надо спокойно отсидеться в холмах, пока они рвут друг другу глотки; и когда они будут при последнем издыхании, мы ударим на них!

— О чем ты говоришь? — сердито сказал Сэм. — Ударить на них с отрядом в пятнадцать человек?

— Нет, глупый! У нас есть как минимум пять сотен заключенных в этой загородке на холме — и бог знает сколько еще в других лагерях для пленных. И к нам придут тысячи, которые бежали в Публию и в Землю Чериского!

— Как я до них доберусь? — сказал Сэм. — Слишком поздно! Держу пари, что Иэясу атакует через два-три часа. Может быть, лагеря полны нашими пленными людьми, ну и что с того? Что касается Чернского и Публия Красса, то они, скорее всего, в сговоре с Хаскингом.

— Ты остался таким же вечным пессимистом, каким был на Земле, — недовольно произнесла Ливи. — Но, Сэм, я все еще люблю тебя — иначе, чем раньше, но люблю. Я люблю тебя как друга и ...

— Мы любили друг друга долгие годы, — продолжал Сэм тоном ниже.

— Ну, не всегда, — ответила Ливи.