Сказочник

Девушка — точнее, женщина, примерно его же возраста — смерила ее вопросительно-надменным взглядом. Вот уж кто точно знает себе цену и не тушуется, одеваясь так, будто каждый выход на работу равнозначен выходу на подиум.

«Что же она говорила про любовь? — толкалась в голове единственная мысль, в то время, как все мышцы словно задеревенели. — Она же что-то говорила… Что любит?

Что любила?»

— У нас весь день аврал был, — после поцелуя в щеку, сказал Тимур. Потом повернулся к рыжей красотке и сухо бросил: — Можете идти, Анна Николаевна. Я вас понял и вопрос закрыт.

— Слушаюсь и повинуюсь, Тимур Александрович, — нараспев, буквально обволакивая его голодным взглядом, сказала женщина. Потом окинула Асю прохладным взглядом, с минуту смотрела на ребенка, и, не сказав ни слова, вышла.

— Ты не голодна? — Тимур взял телефон. — Можно заказать еду из ресторана, мне все равно нужно дождаться звонка от Стаса.

Ася отрицательно покачала головой.

Та женщина — голова непроизвольно повернулась ей вслед, хоть от красавицы уже и след простыл — она не просто сотрудник. Что-то между ними было настолько явным, что, если хорошо присмотреть, его можно было бы увидеть или даже попробовать пальцами. Отношения? Служебный роман? Рыжая смотрела с откровенным пренебрежением, как будто чувствовала за собой весомое превосходство.

— Ася, давай помогу раздеться, — вытащил ее из хаотичного потока мыслей голос Тимура.

— А где Макс? — Кабинет был пуст, кроме них с Тимом и Тимура внутри больше никого не было.

Хотя нет, кое-что было: запах духов. Жасмин, ваниль и, кажется, мед.

Духи той женщины. Анна как там ее?

— Он ушел и даже попрощался. Что с тобой?

Тимур небрежно бросил шубку на диван, подтянул их с Тимом к себе.

— Кто эта женщина? — глухо, совсем не узнавая свой голос, спросила Ася.

И отчетливо поняла, что узнает и почувствует — если он скажет неправду.

И тогда это станет концом всему.

Тимур нахмурился, еще раз посмотрел в сторону двери. На минуту Асе показалось, что он делает все, лишь бы найти повод не отвечать на ее вопрос, но первые нотки обиды утихли и стало понятно, что он просто подбирает слова.

— Садись, — он за плечи подвинул ее к креслу, подтолкнул, вынуждая сесть. — Кофе хочешь?

Ася мотнула головой. Пусть уже скажет? Почему тянет? Почему нельзя просто ответить на простой вопрос? Может, потому, что не стоило и спрашивать?

— Это мое прошлое, Морковка, — явно подбирая нужные слова, ответил Тимур.

Оперся бедрами на край стола, с какой-то растерянной усталостью развязал узел галстука, стащил его и растерянно повертел в руках, словно не знал, куда деть. В итоге бросил на стол. — У которого не очень хорошее лицо, как ты понимаешь, иначе мне бы не было так неприятно о нем рассказывать.