Конец сказки

Попрошу за тебя в Ирии – может, смилостивятся…

– Ты околесицу-то не мели, – фыркнул Онуфрий. – Это я за тебя святого Петра просить буду. Надо было тебя, конечно, еще при жизни покрестить, да ладно уж, выкрутимся как-нито…

– И-эх, даже смерть тебя не исправила, лоб ты толоконный! – всплеснул руками волхв. – Я-то уж думал, хоть тут прозреешь – ан нет!..

– Да это ты, ты закоснел в заблуждениях своих языческих, дурачина! – жалостливо глянул архиерей.

Неизвестно, сколько бы они так спорили. Может, и снова до драки бы дошло. Да только излился тут как раз с небес свет чистый – и не в одном месте, а сразу в двух.

С одной стороны ангел Господень явился. В белых одеждах, с крыльями лебедиными и золотым нимбом над челом.

С другой – вила, облачная дева. Тоже в белых одеждах, но без крыльев и нимба. Зато верхом – красавица восседала на вилене, чудесном грозовом коне.

– Ну что, убедился?! – победно вскричал Всегнев Радонежич.

– Кто прав-то был, а?! – с ним одновременно воскликнул отец Онуфрий.

И снова принялись они друг с другом препираться. Небесные посланники с минуту даже слушали их с недоумением, но быстро вспомнили, что не ради пустой забавы они здесь. Взял ангел за руку одного старца, свесилась к другому вила.

– Все, все, дедусь, пошли, пошли, у нас времени в обрез, – ласково сказала облачная дева. – В Беловодье тебя уж заждались.

– Стой, куда?! – отшатнулся от нее отец Онуфрий. – Руки убери, нечисть поганая!

– И ты пошел вон от меня! – замахнулся на ангела посохом Всегнев Радонежич.

– Эй, да мы ж стариканов перепутали! – рассмеялась вила.

– Точно, ошибочка вышла, – согласился ангел. – Меняемся.

Вила переместилась к волхву, ангел взял за руку архиерея. Те сразу успокоились, вздохнули облегченно. Облачная дева помогла Всегневу Радонежичу сесть позади себя и сказала:

– Держись там покрепче, дедушка. Владыка Шамаш тебя уж заждался.

– Кто-кто?! – в ужасе воскликнул волхв, пытаясь спрыгнуть с виленя.

– То есть Аполлон, – поправилась вила.

– Даждьбог! Трисветлый Даждьбог! У нашего господина много имен!

Только после этого Всегнев успокоился.

– Ну что, теперь-то все правильно? – осведомился ангел. – Больше без проволочек?

– Вроде можем расходиться, – кивнула вила. – Ты в гости залетай при случае, чайку испить.

– Днями наведаюсь, – пообещал ангел.

Отец Онуфрий поднял руку и помахал Всегневу Радонежичу. Тот махнул в ответ. Волхв и архиерей в последний раз встретились взглядами – и вражды в них больше не было.

Свет становился все ярче. Иван прикрыл даже глаза ладонью. Мало показалось – прикрыл и второй.

– Уй-ёй!.. – вскрикнул он, едва не грохнувшись.

Забыл, что по дереву карабкается. Огромному, как скала, с трещинами такими, что ногу спокойно поставить можно – да все же дереву.