Сказка о снежной принцессе

Алиса от такого расклада тут же скуксилась и снова начала плакать.

– Та-ак, – недовольно протянул Егор, – ясно.

Он снова прижал к себе малышку, и та сразу замолчала.

– Ты имеешь успех у женщин помладше, – заметила я. – Ладно, неси ее на кухню. Будем кормить.

На кухне мы с Корнеем, как два слепых котенка, уткнулись в рекомендации на холодильнике.

– А что едят дети в этом возрасте? – спросил Корней, оглядывая Алису, которая теперь покорно сидела в своем детском кресле и ждала, что же мы ей предложим. – Им уже можно давать чипсы?

– Сомневаюсь, – покачала я головой.

– Ты прикалываешься надо мной? – рассердилась я. Тут же указала на кухонный стол, где стояло несколько баночек с детским питанием. – Вот!.. Тут все: овощи, фрукты…

С горем пополам мы разобрались, что овощи нужно сначала подогреть. Алиса все это время с интересом наблюдала за нашими метаниями по кухне.

– Кабачок и брокколи, – прочитал Егор. Открутил крышку, и тут же послышался щелчок. – Фу-у, ну и вонища!

Его кислое выражение лица очень повеселило Алису. Она так забавно расхохоталась, что мы тоже непроизвольно улыбнулись.

– Не думал, что дети такие милые, – сказал Егор.

– Аналогично, – согласилась я, разогревая питание. – Попробуй, не слишком горячо?

Я протянула ложку Корнею, но тот, снова учуяв запах, только закашлялся.

– С ума сошла? Сама это пробуй!

– Совсем? – удивился Егор.

– Морковный торт считается?..

Алису мы накормили с горем пополам. При этом измазались так, что Корнею пришлось застирывать толстовку. Далее последовал час развлечений. Сидеть у меня на руках Алиса по-прежнему отказывалась, а я не особо и расстраивалась по этому поводу. Гораздо больше мне нравилось наблюдать за этими двумя со стороны. Егор, оказывается, отлично ладил с младенцами, что, судя по всему, для него самого стало открытием. Он качал Алису на руках, а она весело верещала. Наконец-то, видя меня, малышка хотя бы перестала плакать, что уже радовало.

– Неужели она к тебе привыкла? – заметил Егор. – А то я уже хотел посоветовать тебе сходить в церковь.

– Отстань, – огрызнулась я, протягивая руки к Алисе. Она тоже потянулась ко мне, и это привело меня в неописуемый восторг, хотя до этого мне казалось, что я прекрасно проживу и без ее «признания». Но нравиться улыбчивому младенцу, оказывается, приятно. Почему-то я испытала радость и гордость за себя.

За вечер мы так сработались и привыкли к Алисе, что даже бесстрашно поменяли ей подгузник. Действовали четко и слаженно, как настоящая команда.

Когда Алиса, утомившись, уснула, мы с Егором переложили ее в кроватку, а сами рухнули на диван без сил. А ведь просидели с ребенком всего один вечер. Не представляю, как справляется Маргарита…

Лежали, касаясь друг друга плечами, и смотрели в потолок.