Скажи пчелам, что меня больше нет

Я спрятала их под фартуком, чтобы скрыть дрожь и не поддаться желанию задушить его.

— Тебя нужно усыпить, — постаралась вразумить я, хотя вышло не очень. — Нога должна быть полностью обездвижена, а я не могу этого гарантировать, пока ты бодрствуешь. Каким бы сильным ты себя ни считал, ты не сможешь лежать абсолютно неподвижно, даже привяжи я тебя к столу — что в любом случае намерена сделать.

Я строго посмотрела на него.

— Поэтому… — Руки, слава богу, перестали дрожать. Я вытащила их из-под фартука, взяла эфирную маску и наставила палец на Джейми. — Либо ты ляжешь прямо сейчас и примешь эфир, либо я попрошу Роджера и Йена тебя связать, и потом ты примешь эфир. Нравится тебе это или нет.

Он тут же сел и свесил ноги со стола, видимо решив, что с него довольно и плевать на трещину в коленной чашечке.

— Нет, приятель. — Роджер удержал его за плечо. Йен скользнул за спину Джейми, как водяной щитомордник, схватил его за второе плечо, а локтевым сгибом другой руки захватил шею.

— Ложись, дядя, — ласково проговорил он, не отпуская удушающий захват и притягивая Джейми к себе. — Все будет хорошо. Тетя Клэр тебя не убьет, а если вдруг и убьет, то Роджер Мак устроит прекрасные похороны, он ведь теперь настоящий священник."

"Джейми издал нечто среднее между бульканьем и рычанием, его лицо побагровело от натуги. Вообще-то, я даже обрадовалась, что в нем достаточно крови для такого цвета.

— Отпустите. — Я махнула Роджеру и Йену. Те неохотно повиновались. Грудь у Джейми ходила ходуном, он сердито взирал на меня, но не отстранился, когда я подошла ближе. Я положила руку на его невредимое колено и, наклонившись, тихо заговорила:

— Если ты ляжешь сам, я усыплю тебя прежде, чем тебя свяжут. И развяжу, как только закончу операцию. Обещаю, ты не проснешься связанным.

Он понемногу восстанавливал дыхание и уже не выглядел так, будто его вот-вот хватит удар.

— Обещаешь, что я проснусь? — хрипло спросил он — не только из-за удушья.

— Не могу этого гарантировать, — как можно спокойней сказала я и сжала его колено. — Но даю сто против одного, что так и будет.

Джейми долго смотрел на меня испытующим взглядом, потом вздохнул.

— Ладно. Я с детства люблю риск. Полагаю, уже поздно меняться.

Опираясь на ладони, он снова закинул ноги на стол. От усилий, которых потребовала раненая нога, у него на лбу выступил пот, однако Джейми плотно сомкнул губы и не издал ни звука, когда Роджер с Йеном взяли его за плечи и уложили.

На рабочем столе позади меня лежала прокипяченная салфетка, а на ней — четыре узкие пластинки чеканного золота, изготовленные Брианной. Она старательно просверлила крошечные отверстия, чтобы я могла прикрутить пластинки к кости. Дженни с готовностью предоставила стальные винтики из своих часов.