Скажи, что любишь (СИ)

— Ну и правильно, а то ходишь тут весь из себя правильный, выпендриваешься…

Боже, я что пошутила? Со Смолиным? Капец…

Кажется, от смущения я покраснела вся, до кончиков волос. Пришлось поспешно отворачиваться к раковине и делать вид, что надо срочно постирать одноразовую салфетку, которой стираю со стола.

Кирилл или не замечает моей выходки, или делает вид, что не замечает.

— Мне остаться, чтобы помочь тебе с купанием, или сама справишься?

Конечно, я справлюсь, но… На плите стоит жаркое в горшочках, в духовке румяный пирог, в морозилке торт-мороженое. Наготовила на пятерых, а в итоге все разбежались, не съев ни кусочка.

— Поужинаем?

— С удовольствием.

Вот и славно. Не пропадать же добру?

Убеждая себя в том, что это единственная причина, по которой я попросила бывшего мужа остаться, начинаю накрывать на стол.

Вечер получается на удивление неплохим. У нас есть вкусная еда и актуальная тема для разговоров – родительское влияние, и как от него отбиться. Аккуратно, подбирая слова и маневрируя, мы говорим не только о сегодняшнем спектакле, устроенном моим отцом, но и о том, что было раньше. Учимся делать то, что прежде у нас категорически не получалось – не просто обмениваться ничего не значащими словами, а слушать друг друга и слышать.

Это не просто. Слишком много обид и ошибок в прошлом, их не забудешь и не вычеркнешь. Их надо прорабатывать, проговаривать и заново строить то, что было разрушено.

Сложно, но я готова попробовать. Потому что сегодня, впервые за все время почувствовала, что Смолин на моей стороне. Искренне, от души, а не ради галки или того, чтобы кому-то угодить. А еще я почувствовала, что он сам готов измениться и сделать шаг навстречу.

Учитывая наше уродливое прошлое, можно было бы отвернуться, провести линию и не пускать за нее, но у меня не получалось. Что-то внутри теплилось. Какая-то вера, что в этот раз все будет иначе.

Глава 17

В таком же ритме проходит еще пара недель.

Мы с Ксюшей находим удобный ритм сосуществования, Кирилл по-прежнему рядом, и это уже воспринимается как само собой разумеющееся.

Кажется, он меня приручил к своему присутствию, и что еще хуже приучил к тому, что на него можно положиться. От этого не по себе. Вернее, от этого страшно до одури. Потому что я не могу его понять, не могу просчитать. Хочется верить в одно, а прошлый опыт подкидывает совсем другое.

Он взрослый, и к отцовству подходит осознанно. Это плюс, огромный, но от этого же меня и трясет, потому что нет-нет да и колет мыслью, что все это ради ребенка, что я здесь вообще ни при чем. Просто инкубатор, наседка для его детеныша.

Слова о навязанной обузе так прочно засели у меня в голове, что я никак не могу от них избавиться и перевернуть страницу. Они царапают, кусают, топчутся на моей неуверенности в себе.