Никому не скажем

Наверняка, готовитесь к ЕГЭ. Но лучше пройти обследование и исключить более серьезные диагнозы, чтобы потом не было неприятных «сюрпризов». Если все нормально, через пару дней сможете забрать девочку домой. Держать ее там просто так никто не будет.

— Я не хочу в больницу, — пищит Стася. — Со мной уже все хорошо."

"— Отставить! — по-военному командует отец. — Сказали надо обследоваться, значит так надо. Не капризничай.

— Она просто не лежала никогда, — поясняет мама. — Мы даже в детстве, тьфу-тьфу, обходились.

— Все когда-то бывает в первый раз, — улыбается ей доктор.

Стасе делают укол. Мама собирает ей вещи. Я помогаю. Кладу в пакет ее любимого пушистика с кошачьими ушками, зарядку от телефона, планшет. Папа помогает малышке сесть.

— Я с вами поеду, — говорит так, что спорить никто не отважится, даже если захочет. Прямо на домашнюю одежду надевает верхнюю. — Захар, попробуй поспать. У тебя осталась пара часов.

— Смешно, — хмыкаю я.

— Ладно. Как устрою ребёнка, позвоню. Панику выключили все. Нормально всё с ней. Держись за папу, детка, — наклоняется к ней.

Стася цепляется за его шею. Отец поднимает ее на руки и выносит из квартиры. Мама начинает всхлипывать прямо в прихожей. Обнимаю ее, чтобы поддержать.

Охренеть, у нас ночка выдалась. То разборки, то признания, то больница. Дальше что? И как ехать теперь? Я понимаю, что отец спуску никому не даст. У нее будет лучшая больница, лучшая палата и лучшие врачи. Он сейчас всех на уши поставит, даже если причиной обморока является простое переутомление, как сказал врач. Чтобы выдохнуть, это надо услышать. Мы на базу приедем, телефоны сдадим и хрен знает, выдадут нам их сегодня или нет.

«Вы же только из дома. Не наговорились?» — весомый аргумент, чтобы связь выдать только завтра вечером.

Принимаю холодный душ, вливаю в себя крепкий кофе и собираю сумку. Мама пытается вручить мне то бутерброды, то яблоки.

— Мам, ну ты чего, в самом деле? — не выдержав, откладываю очередной пакет с санкционкой и беру ее за руки. — Ты меня даже в армию так не собирала. Это всего лишь полигон. Тут ехать то три часа нашим ходом. Я бы на своем Лексусе за час долетел. Успокойся. И со Стасей все будет хорошо. Просто навалилось. Она же у нас хрупкая, — улыбаюсь ей.

— А я вам говорила, оставьте ребенка в покое! Нет, накинулись. Рано, рано. Совсем ее решили под замок посадить. Не продохнуть девочке.

— Все изменится, обещаю тебе. Прекрати паниковать. Вернут ее тебе через два-три дня.

— А если нет? А если серьезное что-то? Она же правда никогда не падала в обмороки. А тут вдруг…

— Мама, стоп! Прекрати и себя, и меня в дорогу накручивать!

— Да, конечно, прости. Ты вечером позвонишь?

— Постараюсь.

Переодеваюсь в камуфляж. Еще раз проверяю, все ли взял. На нервяке слегка потряхивает, но ехать все равно надо.