Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Оно ударилось с такой силой, что распласталось по дереву, как мокрая тряпка, а потом скользнуло вниз, на пол, оставляя влажный след.

Альтсин замер, прислушиваясь. Три… было только три твари. Еще несколько ударов сердца назад — живых и смертельно опасных, а теперь — мертвых. «И это мы… он… я… я это сделал». Все эти дары — умение сражаться топором, которым никогда ранее ему не приходилось пользоваться, похожие на танец движения в бою, когда ни одно из них не лишнее, знание, в каком месте окажется следующий враг и как его свалить, — все это теперь было частью его личности. Больше, чем мышечная память, которую тело получает после многолетних тренировок, больше, чем инстинкты дикого зверя.

«Отчего это так тебя удивляет?

Ведь ты Объял душу бога, который родился из…

Который возник как…»

Он упал на колени, сотрясаемый дрожью, словно сквозь туман фиксируя, как в помещение вливается поток вооруженных людей, как его окружает кольцо стали, но солдаты стоят спиной к нему, прикрывая его собственными телами и щитами.

— Ты в норме? — Лейтенант протолкался между стражниками и присел на корточки. — Когда я говорил, чтобы ты показал мне, что умеешь, то не имел в виду убийства этих тварей голыми руками.

Альтсин зажмурился, не желая смотреть в ухмыляющееся лицо.

— Ох-х-х, — простонал он. — Заткнись. И д-д-дай мне минутку…

«Это бой, — понял он вдруг. — Настоящее сражение не на жизнь, а на смерть, а не какая-то там стычка с голодными охотниками. Ты Объял душу бога, но, чтобы получить его знание, вырвать секреты, по-настоящему с ним соединиться, тебе нужен танец смерти и крови. Сражение, когда нет времени на размышленья. Тогда Объятие станет полным. Абсолютным. Настоящим».

«Я не хочу этого. Великая Матерь, Защитница Потерянных, я не хочу этого. А Оум…» Вдруг накатил дурацкий смех. Ты, жалкий умник, сопливый дурак. Этот божок тобой манипулирует. Отослал тебя, приказывая искать ответы, указания, чтобы открыть истину о прошлом мира, а на самом деле знал, что тебе придется тут сражаться и что ты — в конце концов — поймешь, что нет никакой разницы между ним и тобой. Деревянный божок и Кулак Битвы, Владычица Льда или Близнецы… Все родились из снов и мечтаний обычных смертных.

Альтсин встал, хотя голова его закружилась, а свет факела немилосердно резал глаза. Вор понимал, что солдаты смотрят на него с некоторым уважением, хотя на самом деле он ничего тут пока что не показал. Ничего.

— Есть два выхода, господин лейтенант! — раздалось из-под стены. — Один закрыт, второй нет. Собак сюда.

Псы вошли, вздыбив шерсть, напряженные, рыча на трупы тварей. Светловолосый стражник успокоил их несколькими словами и дал понюхать пару кусков материи.

— Искать.

Альтсин знал, какие двери они укажут, еще до того, как собаки сдвинулись с места.