Наследие Скарлатти

Судя по визе, ваш сын прибыл в Швецию десятого мая.

– Чепуха! Мой сын был там в свадебном путешествии. Что ж странного, что он завернул в Швецию?

– То-то и странно, что завернул, как вы говорите, туда в одиночестве – его молодая жена оставалась в это время в Лондоне.

– Это было год назад. И деньги были только обещаны…

– Посол Понд подтвердил акт приобретения этих ценных бумаг.

– Два месяца назад. Сразу же после исчезновения вашего сына.

Элизабет перестала, прихрамывая, расхаживать по комнате и остановилась перед Кэнфилдом.

– Прежде чем вы ушли за этим человеком, Бутройдом, я задала вам вопрос.

– Я помню. Вы предложили мне работу.

– Я смогу через вас сотрудничать с вашим агентством? Но только буду иметь дело исключительно с вами. Мы не враги. У нас с вами одна цель.

– Вы не могли бы сообщить начальству, что я добровольно согласилась с вами работать? И это правда, мистер Кэнфилд, чистая правда. На меня покушались. Если б не вы, я бы сейчас уже была мертва. Я – старая, до смерти напуганная женщина.

– Следовательно, вы знаете, что ваш сын жив?

– Не знаю. Но предполагаю.

– Что дает вам основания предполагать? Эти ценные бумаги?

– Я отказываюсь отвечать на вопрос.

– Сначала ответьте вы на мой вопрос. Смогу ли я использовать возможности, которыми обладает ваше агентство, но не объясняя зачем?.. А моим доверенным лицом там будете вы.

– Из чего следует, я буду представлять ваши интересы?

– А в Европе тоже? Вы сможете действовать и в Европе?

– У нашего агентства есть взаимные соглашения с большинством…

– Тогда выслушайте мое конкретное предложение, – прервала его Элизабет. – И между прочим, обсуждению оно не подлежит. Сто тысяч долларов. В наиболее удобной для вас форме.

Мэтью Кэнфилд поглядел на старую даму – она была абсолютно уверена в его согласии. И ему стало страшно. В сумме, названной Элизабет Скарлатти, было нечто пугающее. Он чуть слышно повторил:

– «И пусть пыль скроет наши следы», – процитировала Элизабет. – Соглашайтесь, мистер Кэнфилд, и радуйтесь жизни.

Кэнфилд почувствовал, что по спине у него струится пот, хотя в каюте не было жарко.

– Вы уже знаете мой ответ, – проговорил он.

– Да, знаю… И не впадайте в панику – деньги можно перевести на ваш счет без проблем. Эта сумма достаточна, чтобы ни в чем себе не отказывать, но не столь велика, чтобы вы по гроб жизни считали себя обязанным. Вот это было бы неудобно… Так на чем же мы остановились?

– То есть? Как это на чем?

– Ах да. Значит, вы подозреваете, что мой сын жив. И давайте отделим эту тему от разговора о ценных бумагах.

– А потому, что с апреля по декабрь прошлого года мой сын перевел в различные банки Европы сотни тысяч долларов. Полагаю, на эти деньги он намерен жить. Я проследила путь этих денег. Точнее, работаю над этим.