Скандальный развод

— Кирилл разводит руками, не договорив.

— Простите, но беспочвенные скандалы нам не нужны, поэтому запрет на посещение здания снят не будет. Нам пора работать, а тебе, Марьяна... Хорошего дня. Жаль, что ты у меня такая. Недальновидная.

Лариса и остальные участники собрания начинают обходить нас с Вадимом и струйкой просачиваться через турникеты:

Кирилл подходит к турникету последним.

Но прежде — задевает Вадима плечом, смотрит на него зло.

— А если ты думаешь, что пойдешь против меня и выстоишь — готовься разочароваться. Она тебе ни заплатить не сможет, ни отблагодарить так, чтобы понравилось. Уж поверь.

У меня кровь приливает к щекам. Я вижу, как лицо Вадима каменеет. Но он не отвечает. Просто смотрит сверху-вниз на Субботина.

— Но это все лирика, а свою карьеру ты уже угробил.

Мне становится страшно, что слова Кирилла могут повлиять на решение Вадима.

Если он меня бросит наедине с этим ублюдком — я не справлюсь, но пусть меня сейчас разрывает Вадим быстро берет себя в руки. Его взгляд становится снисходительным. На губах возникает улыбка:

— Знаешь, сколько я в жизни таких как ты видел? Все начинают одинаково, одинаково же заканчивают. У вас получается провернуть аферу вы начинаете

верить в свою удачливость и всесилие, а потом... Лажаете в мелочах и все рушится. С удовольствием найду, где же именно ты проебался, друг.

Вадим хлопает Кирилла по плечу. Этот жест только придурок мог бы посчитать дружеским.

Кирилл скалится тоже недобро, смотрит на застывшего в ожидании указаний охранника, говорит:

— Вызови те ментов, пожалуйста. Пусть помогут нашим дорогим гостям найти ВЫХОД из здания, а у меня дела, простите. Он тебя угробит, Марьяна. Зря ты ему веришь."

"Последние адресованные мне слова остаются без ответа. Но на душе сейчас — просто ужасно.

Глава 18. Марьяна

Когда все обязательные по мнению Вадима процедуры проделаны, мы возвращаемся в машину.

Я по-прежнему на взводе. Вадим тоже не совсем спокоен.

Я слишком сильно хлопаю дверью его автомобиля. Получаю за это недовольный взгляд. И пусть злимся мы не друг на друга, но это работает как спуск курка.

— Какого черта ты меня сюда притащил? Ради развлечения? Хотел понаблюдать, как меня будут унижать?

Спрашиваю ядовито, а у Вадима скулы каменеют Глаза блестят совсем не по-доброму.

— В моем кабинете ты не протестовала. — Он макает меня лицом в правду, но она мне не нужна. Хочу крови. На самом деле, крови Кирилла, но до него не дотянусь.

— Что это дало? Ты просто позволил им поглумиться надо мной, а дальше что?

Они там сейчас сидят и в красках смакуют какая я дура!

— То есть это моя вина, что они считают тебя дурой? — его вопрос бьет больнее, чем все слова Кирилла вместе взятые.

Злость перерастает во вселенскую обиду. Слезы сжимают горло.