Сэру Филиппу, с любовью

- Вы, должно быть, просто пропустили это, мисс!

Элоиза резко, даже, пожалуй, немного с вызовом, вскинула подбородок:

– Уверяю вас, сэр, этого бы я не пропустила!

Филипп в ответ лишь молча пожал плечами.

– Вы ни разу не упомянули о своих детях, - продолжала она. - Если сомневаетесь, я могу доказать вам это!

Филипп с недоверчивым видом скрестил руки на груди.

– Где мой багаж? - Элоиза решительно направилась к дверям.

– Одно из двух, мисс, - предположил он, - либо там, где вы его оставили, либо - что вероятнее - мои слуги уже о нем позаботились и он в вашей комнате.

Элоиза обернулась на пороге:

– Все ваши письма при мне, сэр. Если вы там найдете хотя бы одно упоминание о ваших детях, можете делать со мной что угодно!

Филипп изумленно уставился на нее:

– Вы сохранили мои письма, мисс Бриджертон?

– Разумеется, - кивнула она. - А вы мои разве нет?

– Видите ли… м-м-м… - замялся он.

– Все ясно! - укоризненно покачала головой Элоиза.

Филиппу часто казалось, что он никогда не сможет понять женщин, и, вопреки всем научным классификациям, он готов был отнести мужчин и женщин к двум разным видам, если не типам, живых существ. Филиппу часто приходилось испытывать растерянность перед женщинами, но такой сильной, как сейчас, пожалуй, еще ни разу.

– Кое-что, кажется, сохранил… - промямлил он. Элоиза смотрела на него все с тем же выражением.

– По-моему, даже большую часть, - поспешил добавить он.

Судя по виду Элоизы, она ему не очень-то поверила. “Да, у этой девицы, кажется, непростой характер!”

– Не то чтобы я их выбросил, - поспешно забормотал Филипп, - просто запамятовал, куда положил…

Элоиза еле сдерживалась, чтобы не сказать сэру Филиппу что-нибудь колкое.

– Ничего страшного, - произнесла, наконец, она. - В конце концов, это всего лишь письма…

По тону Элоизы, однако, чувствовалось, что она сильно обижена.

Филипп молчал.

Еще один пронзительный крик сверху, затем оглушительный грохот. Филипп поморщился. Неужели его отпрыски дошли уже до того, что начали крушить мебель?

Элоиза покосилась на потолок, словно боясь, что с него начнет сыпаться штукатурка.

– Может быть, вам стоит пойти к ним? - осторожно предположила она.

Филипп и сам понимал, что стоит, но, Бог свидетель, идти и выяснять, что же, собственно, натворили его чада, ему ужасно не хотелось. Когда дети выходили из-под контроля, справиться с ними не мог никто. Во всяком случае, ни один мужчина. Чтобы справиться с этими дьяволятами, нужно было ангельское - или женское - терпение. По крайней мере, Филипп чувствовал, что его собственное терпение истощилось уже давно - где-то с полгода назад.

– Сэр Филипп? - все так же осторожно проговорила Элоиза.

– Да-да, конечно, вы правы… - отрешенно пробормотал он, еще не окончательно очнувшись от забытья. Да, он должен пойти к ним.