Убийства на Чарлз-стрит. Кому помешал Сэмпсон Уорренби?

 – Он сидел, когда в него угодила пуля. Крови не должно было вытечь много.

– На бумагах, найденных на столе, кровь отсутствовала, – напомнил Харботтл. – На столе я тоже не вижу никаких следов."

"– Младший Хасуэлл и Карсторн показали, что стол был завален бумагами. Не сомневаюсь, что те, на которые попала кровь, аккуратно удалили. Мы попросим клерка Уорренби просмотреть бумаги, какие я забрал, пусть скажет, все ли на месте. А вы проверьте оконные шторы, подоконники и рамы. Сам я займусь ковром.

Ковер был турецкий, плотный, красный, с сине-зеленым рисунком. Опустившись на четвереньки, Хемингуэй промолвил:

– Свежая кровь была бы не видна, он мог не заметить. Мне хватило бы пары пятнышек…

– На шторах ничего, – доложил инспектор. – Но они отодвинуты далеко, на них не попало бы. – Он тоже встал на колени и пригляделся к половицам. – Другое дело – пол…

– Убийца наверняка проверил пол и, найдя кровь, тщательно стер ее. Прежде чем тащить Уорренби, он обмотал ему чем-то голову. Идите сюда! Что вы думаете об этом?

Инспектор подскочил, схватил протянутую ему лупу, упал на колени и уставился на два маленьких темных пятна на ковре, выделявшихся на красном фоне.

– Возможно… – пробормотал он.

– Режьте! – приказал Хемингуэй. – Нам повезло, что ковер ворсистый. Верните мне лупу.

C ее помощью он обнаружил еще одно пятно – более тусклое, зато крупнее, похожее не на каплю, а на след от крови.

– Полагаю, это подтверждает мою версию, Хорас, – радостно сказал он.

– Если это пятна крови, – поправил его осторожный помощник, отправляя срезанные ворсинки в поданный Хемингуэем спичечный коробок.

– Задача доктора Ротерторпа. Но, по-моему, это все-таки кровь. – Он посмотрел на стол. – А говорили про авторучку, оставленную без колпачка! Мне надо было внимательнее слушать рассказ Карсторна про то, как он ее нашел! Пойдемте! Слышу шаги блондинки, идущей по мою душу!

Глава 17

Двое детективов, направившись по проулку к дороге на Триндейл, увидели впереди Фокс-коттедж, рядом с воротами которого собрались возбужденные люди. На первый взгляд напрашивался вывод, что ответственность за возбуждение лежит на своре пекинесов в полном составе, но при ближайшем рассмотрении выяснилось, что присутствуют только пять Ультим, из них четверо, ограниченные поводками, путались вокруг хозяйских ног, и только один, в котором Хемингуэй признал патриарха Улисса, обходился без поводка. Рядом находилась машина Хасуэлла-младшего, водитель и миссис Миджхолм стояли перед калиткой, на верхнюю планку которой опирались изнутри мисс Паттердейл в комбинезоне и садовых рукавицах и ее племянница, в розовом льняном платье и огромной шляпе от солнца. Вся четверка увлеченно дискутировала, причем сильнее всего впечатляло поведение мисс Паттердейл.