Сюрприз для маркиза

Старик поднял на меня такие же синие, как у внучки глаза и прокаркал охрипшим голосом:

— Прогонишь меня, некрос?

Я обошла малышку так, чтобы закрыть собой и ответила:

— Ты же убиваешь ее, давишь. Это — насилие. Поразительно как у нее хватило сил столько времени противится тебе.

— Не хочу чтобы она мучалась, я люблю её и, пытался уйти, но не могу… что-то не пускает меня. Я несколько лет стараюсь передать ей дар, но у меня ничего не получается. Она противится, — повинился стихийник, его плечи поникли.

— Ей не нужно твоего дара, у нее есть свой. Причем вероятнее всего, он не слабее твоего, если у нее хватило сил столько времени сопротивляться слиянию, — заметила я.

Призрак Персиваля нахмурил косматые брови, и начал отрицательно мотать головой.

— Нет-нет, у нее нет… не может быть… я… не возможно… так не бывает…

— Редко, но бывает, — перебила я покаянное бормотание призрака. — У нас очень мало времени. Лили может принять твой дар, только если захочет. Если нет — ты навсегда уйдешь и больше не потревожишь ее, уж за этим я прослежу, обещаю.

Все это время, девочка так же продолжала поить таем, резать кекс и угощать им куколок и дядю. Тот подыгрывал ей, смешно топырил палец и громко прихлебывал воображаемый тай. Малышка смеялась.

— Лили, — я присела на корточки перед девочкой, тем самым привлекая ее внимание. — Скажи, ты любишь дедушку Перси?

Девочка не удивилась увидев новое лицо, видимо в её жизни мелькало столько незнакомцев, что она привыкла. Но как хорошо воспитанная юная несси, она спросила разрешение ответить у дяди, и после его кивка произнесла:

— Дедушка на небе, — сказала малышка, — но да, я очень люблю его.

Услышав это трогательное признание, пожилой маг разрыдался.

Мне удалось разговорить девочку. Сначала она опасливо отвечала на мои вопросы, но потом когда мы заговорили о море и ветре, ее и без того синее глаза наполнились аквамарином волн, в комнате запахло солью и йодом, а шаловливые воздушные потоки дыхнули на нее бризом и потрепали пышные оборки платья. Даже будучи необученным стихийником Лилит была очень сильна.

Когда я объяснила, что требуется от девочки, и как она должна себя вести, она согласилась попробовать. В этот раз, под моим руководством и благодаря подсказкам Персиваля ЛаМэра, которые я тут же озвучивала в слух, симбиоз стал полным и безболезненным. Как только малышка перестала сопротивляться Дару и отдалась Стихии, то смогла полностью впитать себя потоки силы. Несколько дней ушло на то, чтобы научить, под неусыпным руководством дедушки, управлять силой внучку. После трудного, наполненного новыми знаниями дня, призрак Персиваля ЛаМэра подошёл ко спящей внучке, крепко поцеловал ее в сладкие розовые щёчки и со спокойствием, свойственным только счастливым, ушел за Грань.