Гадюка в сиропе

Им Кошель мог беззастенчиво врать про создание гениальной поэмы «Руки любимой» и про подлых интриганов, из-за происков которых нетленные стихи его не хотят печатать.

Неискушенные тетки первое время верили, покупали ему костюмы, белье, кормили, поили и селили любовника на своих роскошных, оставшихся от папенек-генералов, дачах. Потом трезвели и выгоняли альфонса.

Но в 1988 году Кошель женился на Свете Рогачевой, не обратив внимания на то, что невеста старше его на целых пятнадцать лет. Прожил он с «молодой» женой пять годков, и тут из города Парижа приехала ее родная дочь, Анюта. Несмотря на юный возраст, она уже была вдовой, причем чьей! Ее покойный супруг, месье Дюпон, считался одним из богатейших людей Франции. Но рак не щадит никого, и Анюта стала единоличной владелицей огромного состояния.

Владлен моментально смекнул, что к чему, и начал танковую атаку. Поскольку в любовных баталиях он был опытным воином, то вражеская крепость сдалась почти без боя. Света чуть не умерла от разрыва сердца, узнав истину, и попыталась рассказать дочери правду об ее избраннике. Но та не хотела ничего слушать. Между матерью и дочерью разгорелся скандал. Владлен мигом развелся, тут же женился на юной вдове и отбыл на берега Сены, где и проживает до сегодняшнего дня в полном благополучии, издает за свой счет стихи, тратит состояние, нажитое Дюпоном, и чувствует себя великолепно. Бывшую жену он вычеркнул из своей жизни, Анюта тоже не поддерживала никаких отношений с матерью. Света умерла год тому назад от инсульта в полной нищете. Говорят, ходила собирать у метро пустые бутылки.

– Хороша история? – поинтересовалась Нора.

– Да уж, – вздохнула я.

Впрочем, это не было для меня откровением. Все события были описаны в «Загоне», только там Владимир Кошельков убивает Сержа Дюпона, чтобы начать охоту за вдовой. Но, в конце концов, писатель имеет право на полет фантазии.

– А Степан Разин?

Нора замолчала. Спустя пару минут она спросила:

– Вы уверены, что есть реальный прототип?

– Да. Разумов вроде в своих книгах изображал существующих людей…

– Ну не всегда, – поморщилась Киселева. – Хотя следует признать, что в основном да. Но, наверное, так поступают многие, пишут о знакомых… Правда, Кондрат в последних книгах совсем распоясался. Про историю с Париным слышали?

Я кивнула.

– Знаете, в чем заключалась подлость?

– Нет.

– Кондрат взял всего лишь пару широко известных фактов из жизни академика: то, что он женился на девчонке, годившейся ему во внучки, что Иван жуткий бабник и что его аспирантки, прежде чем получить заветные корочки с золотыми буквами «кандидат наук», должны были сначала ублажать научного руководителя в койке… Все, больше там правды нет.