Наследие Сири

Под жилетом был брючный костюм с широкобедрым верхом брюк, и зауженным под сапоги низом. Шелковая белая рубашка с вырезом — лодочка оттеняля ее кожу. Я никогда не видела на ее шее и руках украшений, хотя перстни видела на мужчинах. Женщинам не полагались украшения?

Она посмотрела на меня, улыбнулась, наклонила голову, и при помощи служанки спустилась по сходням. Ко мне подошел Жаман, который за все время дороги не сказал ни слова, не подошел ко мне, только наклоном головы показывал, что видит меня.

— Мы прибыли, Сири, сейчас Мальян выйдет к нам, и мы спустимся на эту богатую землю. Надеюсь, в следующий раз, когда мы встретимся, ты скажешь мне слова благодарности. — он говорил с долей пафоса, но, похоже, верил сказанному.

— Мы готовы выходить, — с ноткой радости в голосе к нам шел Мальян, уж не знаю, кого он подразумевал под «мы». Судя по той самовлюбленности, что я наблюдала, не исключено, что он имел в виду себя.

— Я готова, тал Мальян, тала Сири — Оми стояла за моей спиной, почему же она не назвала Жамана? Он не является ее хозяином или работодателем, и ей нельзя обращаться к нему?

Впереди спускался Жаман, за ним шел Мальян. Меня под руку держала Оми. По пирсу, который качался, и, казалось, вот-вот нырнет в воду, мы шли растянувшись цепочкой. На берегу ждали грузчики. Они были босы, видимо, когда несут или везут грузы, пирс все же немного погружается в воду. Я посмотрела с пирса — глубина была трудноизмерима, но прозрачная вода не скрывала камней, дно было далеко. А вот скалу, которая уходила в воду, и являлась берегом, было отчетливо видно почти до дна. Мы сошли на землю, точнее на камни. Дорожка была рукотворно вырублена в горе, камни сбиты, чтобы по тропинке возможно было передвигаться, не боясь запнуться. Я насчитала десять широких ступеней в камнях, между которыми было метров десять пологой тропки."

"Когда тропинка поднялась на плоскость, я увидела слева, чуть ниже, город. Он был огромным. Та часть в бухте была его третьей частью. Большинство домов были на вершине горы, и на ее обратной стороне — пологий уклон был заставлен домами, что очень близко прилегали друг к другу. Над домами кое-где, дымили трубы, по дорогам двигались повозки, люди. Было не разобрать одежды, а тем более, лиц, но в городе кипела жизнь.

Прямо перед нами была дорога, она шла вдоль всего побережья от белого города, иногда от нее в сторону уходили ответвления — накатанные серые полосы проходили сквозь невысокие кусты и терялись в лесу, но лес был другим, не как на севере. Это скорее сад.

От города приближались две кареты. В первую запрыгнул Жаман, перед этим он долго пожимал руку Мальяна двумя своими руками, улыбался как с умалишенным, несколько лебезя, или действительно высказывая свое уважение.