Сиренити

Мне позволили отлучиться в ванную на несколько минут, а, когда я оттуда вышла — Кристиан не дал мне даже высушить волосы. Скинув с меня шёлковый халат, он подхватил меня на руки и уложил в постель.

— Ты же хотел дождаться нашей первой брачной ночи! — рассмеялась я, податливо выгибаясь навстречу его настойчивым рукам, жадно оглаживающим всё моё тело.

— Я передумал, — хрипло отозвался он и втянул в рот мой сосок, отправляя в низ живота сладкую молнию.

— Ох! — тело рефлекторно выгнулось дугой, и я запустила пальцы в чёрную шевелюру этого сексуального кошака.

Прикосновение кожа к коже обжигало своей остротой, заставляя стонать и тянуться навстречу мужчине.

— Крис, — только и сумела простонать я, растворяясь в урагане эмоций, что обрушил на меня этот невозможный мужчина.

Сильные уверенные руки, властные губы, глаза, горящие страстью и чем-то отчаянным.

— Моя. Скажи, что ты моя, — прохрипел Кристиан, касаясь горячим, немного влажным членом средоточия моей женственности, но не проникая в меня.

— Твоя навсегда, мой король, — сказала я, понимая, что это на самом деле так, я не смогу больше быть с другим мужчиной.

С общим протяжным стоном Крис проник в меня, заполняя собой во всех смыслах этого слова. Удовольствие было шокирующе острым, но ощущение душевной близости с этим мужчиной было даже сильнее наслаждения.

Он смотрел в мои глаза, двигаясь так сильно, жёстко и умопомрачительно, как и всё, что делал Кристиан. Я цеплялась ногтями за сильные плечи, стонала и подавалась навстречу, стараясь отдать ему всю себя. Хотелось, чтобы это мучительно сладкое скольжение, высекающие искры удары тел и стоны не прекращались никогда, но разрядка неумолимо приближалась, накрывая нас лавиной эйфории.

Захваченная в плен его объятий, я чувствовала все эмоции Криса так, словно они были моими собственными. Такой сильный, надёжный, властный, уверенный и сексуальный — он был моим, и только моим. Его сердце быстро стучало под моей ладонью, и я точно знала, что оно бьётся для меня.

Со дня нашей с Крисом свадьбы прошло семь лет.

Девочку, которая родилась от Макса, мы назвали Стефанией. Голубоглазая блондинка дивной красоты — она уже сейчас разбивает мальчишеские сердца. Дар очаровывать достался ей от матери, а независимый характер — от отца. Как и Макс, Кристиан в ней души не чает. Ева — жена Макса — тоже без ума от малышки. Когда Стеф приезжает к ним в гости на лето, Ева возится с ней, как с родной. Шьёт наряды её куклам, учит игре на арфе и даже сочиняет для неё какие-то милые сказочные истории.

Макс остепенился и превратился в мудрого, доброго, и в меру строгого правителя. Звание бабника и сорвиголовы осталось в далёком прошлом. Народ его обожает. А недавно стало известно, что он скоро снова станет отцом.