Белая сирень

В коридоре переговаривались люди Морозова. Кажется, пришёл электрик. Ещё голос – Лаврик. Оля почти успокоилась. Завязав косынку, пошла на кухню. Надо было нарезать бутерброды и проверить содержимое холодильников на вопрос испорченности продуктов.

Когда она проходила мимо кабинета Валентины, то увидела Морозова с Мариной. Роман, намотав длинные чёрные волосы Марины на кулак и оттянув её голову назад, целовал её в губы. Как только Оля оказалась напротив проёма, Морозов ногой захлопнул дверь, а Оля облегчённо выдохнула.

18

– А почему его не выпускают? Он, что, задержан? Ему предъявили обвинение? – Оля, навалившись на стойку дежурного, сверлила глазами молоденького полицейского.

– Гражданка, идите домой. Вы кто, родственница задержанному?

– Какая разница? – Оля топнула ногой. – Знакомая, друг.

– Два часа ночи, – дежурный откинулся на спинку стула и зевнул. – Будете буянить, тоже присядете.

Оля, бросив негодующий взгляд за стойку, отошла в сторону к двум кособоким стульям, стоявшим у стены. Мезенцев трубку не брал. Оля и сама понимала, что, вероятнее всего, весь состав до сих пор находился в карьере. Мысль о том, чтобы пойти туда, не оставляла её уже пару часов. Вообще, с головой у неё в последнее время было полное взаимопонимание. Она не включала чувства, старательно гасила волны страха, и мозг работал в режиме онлайн, давая чёткие указания, граничащие порой с идиотизмом. Как сейчас, например. Тащиться через весь город по тёмным тихим улицам, спотыкаясь о выбоины асфальта и вздрагивая от непривычных звуков, пожалуй, не самое лучшее решение. Но других вариантов просто не было. Вряд ли кто-нибудь кроме неё заинтересован в справедливости по отношению к Лаврику. А случись что-нибудь с ней, будет ли это чьей-то проблемой? Или она, как и несчастный старик, будет расхлёбывать горькую кашу в одиночестве?

Оля тихо села у стены и закрыла глаза. Дежурный демонстративно завозился за стойкой, но она больше не смотрела в его сторону. Зарядки в телефоне достаточно, чтобы пробыть здесь хоть всю ночь, но дождаться Мезенцева.

Когда с улицы донеслись звуки тормозов и хлопающих дверей, девушка вынырнула из оцепенения. Она подобралась, вглядываясь в лица оперативников, и когда заметила Сергея, вскочила на ноги.

– Что ты здесь делаешь? – Мезенцев замедлил шаг. Его коллеги косились на них. Было видно, как все измотаны.

– Серёжа, Лаврика забрали. Он ни в чём не виноват. Ну, я так думаю. То есть, я уверена в этом, – Ольга поймала себя на том, что голос мелодраматично дрогнул на последних словах.