Синий бант

– Знаешь, – Майя повернулась к мужу, – вот если я сейчас помашу кому-нибудь рукой, мне ответят.

– Думаешь? – его глаза улыбались.

– Проверим? – в ее появились искорки.

– Ставка?

– Проигравший принесет чай.

– Идет.

Девочка… какая же она все-таки девочка. И он не замечал ни ее морщинок, ни жилок на руках, которые начинали предательски выдавать возраст. Ничего не замечал. Он знал только, что сейчас они будут здесь пить чай и смотреть на берег и реку. Вдвоем.

– Ну что, я поднимаю руку.

* * *«Мерседес» стоял недалеко от консерватории. Зеленый, двухдверный, спортивный. Ваня притормозил около машины, перекинул рюкзак на другое плечо и присел на корточки – рассмотреть покрышки. Крутяк. Живут же люди! Хоть бы раз на такой тачке прокатиться. Парень протянул руку, чтобы дотронуться до блестящего крыла.

– Что ты делаешь около моей машины?

Перед глазами возникли ноги. Ноги были в отличной обуви – под стать «мерседесу». Ваня поднял глаза. Ну, все ясно, ботаник из консерватории – в руках папка, из папки торчат нотные листы. Говорила бабушка Идея: «Ванечка, ты должен играть на фортепиано, потом поступишь в консерваторию…» Про то, что к консерватории Ваня будет рулить на «мерседесе», бабушка Идея, правда, ничего не говорила. А могла бы и предупредить.

– Фортепиано? – поинтересовался Ваня, поднявшись на ноги.

– Что? – не понял ботаник.

Пришлось ткнуть пальцем в папку:

– На пианино играешь?

– Допустим. Это имеет отношение к моему вопросу о том, что ты делаешь около машины?

– Я поддерживаю разговор. Тачка у тебя что надо.

Ботаник окинул взглядом Ваню, а вот ответом не почтил. Вместо этого открыл автомобиль и положил папку на сиденье.

– Слушай, а у тебя радио там есть, да? – Ваня посмотрел на часы.

Ответа снова не последовало. Но тут уж была не была, и, пока хозяин «мерседеса» садился за руль, Тобольцев обогнул авто и приземлился на пассажирское рядом.

– Офигеть, как классно! Давай радио включай быстрей! Я же совсем забыл, у сеструхи сейчас эфир, и она утром сказала, что сдаст меня с потрохами.

Студент консерватории явно не привык к такой наглости. Он даже не пошевелился, лишь сказал ледяным голосом:

– Выйди из моей машины.

– Да ладно тебе! Я ж не кусаюсь, говорю, сестра по радио сейчас всем рассказывает про ужасы своего детства. Где тут у тебя что включается? – и Ваня нажал на кнопку. – Не то… так… не то… О! Вот нужная частота.

То, что его испепеляют взглядом, Тобольцев чувствовал, даже не поворачивая головы, а уж когда повернул…

– Ну и взгляд у тебя… «дракон в гневе» называется. Расслабься!

– И вот, посмотрев новогодний ледовый балет «Щелкунчик», мой младший брат был настолько впечатлен спецэффектами, что решил устроить домашнее шоу с не меньшим размахом.