Синекура

Пока я строгала перец для гарнира, то заболталась с ней и мы немного упустили рыбу на гриле. Вика искренне расстроилась. С трудом отвлекла юного перфекциониста от маленькой неудачи, кажущейся ее весьма весомой («как это папа подгоревшую рыбу не заметит, тетя Вика, вы что! Папа такой, он все замечает! Просто не всегда говорит! И нельзя ему подгоревшую рыбу, он не скажет, но ему же будет невкусно!»).

Пока она купалась в душе, я вышла на террасу и сев в кресло, долго думала, следует ли звонить Адриану. Решившись, отправила смс с вопросом. Перезвонил через пару минут.

— Ты когда приедешь? Мы тут с Викой ужин приготовили.

— Да ну? — в голосе усмешка. — Вика ненавидит готовить.

— Э… ну, протеста она не выразила, — неуверенно ответила я, быстро проматывая в памяти процесс готовки.

— Заинтересовала, значит. То, что ей не интересно, она делать вообще не станет. Упертая, как баран иногда.

— И в кого это она? — фыркнула я, пригубив сок и глядя на подсвеченные воды бассейна недалеко от террасы.

— У тебя с Натальей много общих тем для разговора, — рассмеялся совершенно искренне, легко и негромко, спокойно. — Вик, часа через три. Раньше никак. Уложи ее, пожалуйста. Пару сказок прочесть и немного полежать, пока не уснет. Если не сложно.

— Не сложно.

От сказок классических мы с ней решили отказаться. Я пыталась, честно пыталась остаться в рамках нормальности, но пирожок из моей сказки стух на солнце, пока убегал от лисы, потом деловито ходил по лесу, предлагая себя съесть тем, кто за ним до этого гонялся, но они не рисковали из-за слабой пищеварительной системы и в конце концов пирожок прокачался и захватил этот сервер. Она заливисто смеялась и с загоревшимися глазами смотрела на меня, чем очень стимулировала мою неуемную фантазию.

— Папа тоже такие рассказывает, — вытирая слезы с глаз, сказала она, — а не скучные из книг. А можно еще одну?

Я поднапряглась, Вика смеялась не останавливаясь, до меня как-то поздновато дошло, что это не лучший вариант усыпить ребенка, но у нее был на этой свою взгляд. Просмеявшись и пожелав мне спокойной ночи, легла на бок, спиной ко мне и вскоре тихо засопела. Рубануло ее быстро и жестко. Чудесный ребенок вообще.

Я смотрела на ее расчесанные, слегка влажные, рассыпанные по подушке волосы. Длинные. Вот откуда у Адриана скилл мыть голову. Почувствовала, как внутри все замирает. Мысли путаются, опасливые, немного страшные. Потому что я хочу застыть в этом моменте. Я знаю, что есть заболевания, когда периодически человек ярко, со всеми эмоциями переживает страшные воспоминания из своей жизни, знаю.