Синее пламя

 – В ближайшие часы они нам ни к чему.

Тот сурово кивнул, и начальник охраны подозвал капитана:

– Никого не выпускать. Размести всех в доме. Если кто-то из местных начнет возмущаться, запри их.

Ее внесли в хорошо натопленную комнату, положили на кровать.

– Забери меня та сторона! – взревел Кивел да Монтаг, теряя терпение. – Где лекарь?!

– Не надо, – слабым голосом попросила Рукавичка, все еще сжимая болт маленькой бледной рукой. – Оставьте меня. Все оставьте.

Владетель пытался возражать, но она улыбнулась, слабо и просяще:

– Мы все знаем – врач здесь не поможет. Побудьте за дверью, ваша милость. Если меня что-то и спасет, то лишь Вэйрэн. Я попрошу его и надеюсь, что он откликнется. – И, чувствуя, что они колеблются, произнесла: – Пожалуйста.

– А болт? – спросил Дэйт. – Мне помочь вытащить его?

– Нет. Я все сделаю сама.

Он не представлял, как она собирается такое провернуть, посмотрел на господина, ожидая его решения.

– Хорошо. Мы оставим тебя.

Он вышел первым, Дэйт за ним, плотно прикрыв дверь и понимая, что шанс увидеть женщину живой не так уж и велик. Жестом велел двум гвардейцам встать рядом, охранять, посмотрел через зал, увидел, что с наследником его люди, и, подчиняясь приказу герцога, вошел с ним в маленькую комнату со стрельчатыми окнами.

– Проклятье. – Владетель потер виски. – Как же не вовремя! Ты должен был ее защищать.

– Нет, ваша милость. Я должен был защищать вашего сына. Как вы и сказали сегодня утром.

– Без нее мой сын мертв. Если снова придут шаутты, то он обречен. В Эшандане ведь есть кто-то из Ночного Клана? Да что я говорю! Эти крысы везде есть. Пусть твои люди найдут их. Если надо – применяйте силу. И плевать, что подумают в Пубире. Они в городах, как форель в ручье, знают каждый камень. Мне нужен стрелок. Я должен знать, кто его нанял. Скажи им, если они помогут и найдут его, если приведут живым, то получат столько золота, сколько весит его голова. Но сперва я должен с ним поговорить!

Весы нашлись в ближайшей кондитерской лавке. От этого предмета пахло ванилью, мускатом и жаренными в карамели орехами. Их поставили на стол, в кухне, очаг которой мерно гудел, готовя еду к скорому ужину.

Двое людей, чувствующие себя не в своей тарелке, но старавшиеся показать, что им все нипочем, стояли перед Дэйтом. Их очень нервировали пятеро гвардейцев, вооруженных до зубов, охранявших выходы из помещения.

Один гость оказался трактирщиком, другой занятия не имел, но выглядел довольно прилично. Не так, как представляют бандитов и душегубов обычные люди. Одет он оказался безупречно. Для простолюдина.

– Герцог благодарит вас за помощь. Она, вне всякого сомнения, была полезна. И надеется, что его настойчивость не слишком задела вас.