Sindroma unicuma. Книга 2.

Пошевелила пальцами ног, покрутила растопыренной пятерней, сжала её в кулак и разжала. Я снова стала хозяйкой своего тела! Этот вывод неимоверно взбодрил.

Осталось проверить слух и речь, а также способность передвигаться, не держась за стеночки. Для начала стоит одеться, а затем потихоньку слинять отсюда, - закралась вороватая мыслишка. Где же одежда? Надо быстренько отыскать юбку и свитер, какими бы кучами и под какими бы креслами они не валялись.

Отвернув краешек одеяла, я попробовала встать с кровати, стараясь не разбудить Мэла. Вот будет конфуз, если он проснется. В ответ на осторожное шевеление рука Мелёшина еще крепче обвилась около меня. Ну, и как теперь выбираться?

Мэл спал как ни в чем не бывало и досматривал цветные сны. Нащупав его ладонь на своей талии, я начала аккуратно отгибать палец за пальцем. Жутко неудобно лежать боком, и никак не извернешься. Когда в последнем шаге до избавления из неволи остался мизинец, Мелёшин снова плотно обнял меня, притянув, и, мало того, изменил положение, повернувшись на другой бок. Я лежала, боясь посмотреть: спит он или проснулся?

Оглянулась с опаской и встретилась с открытым глазом, смотрящим на меня. Это было то еще зрелище! От страха у меня зашлось сердце, а глаз моргнул, и Мэл отнял от подушки голову, явив помятое лицо со следами складок от наволочки. Чистое, без признаков вчерашнего мордобития.

- Ты как? - спросил хриплым со сна голосом и прокхыкался.

Я пожала плечами.

- Голова не кружится? - поинтересовался он обеспокоенно.

Для проверки пришлось повертеть ею по сторонам."

"- Осторожно! - воскликнул озабоченно Мэл, словно голова была стеклянной и могла разбиться. - Как зрение? Хорошо видишь?

Я кивнула. По крайней мере, Мелёшин виделся четко, с легкой небритостью, взъерошенными волосами и небольшим шрамом над бровью.

- Подожди, я сейчас, - сказал он и отпустил меня для того, чтобы потянуться. - А ты не вставай! - приказал, увидев, что пытаюсь выбраться из постели.

Полежав немного, он сел с краю, спустив ноги. Что и говорить, огромная кровать оказалась великолепной. Одеяло - легкое и теплое, матрас - мягкий и удобный, а подушки так и манили завалиться на них и дрыхнуть без перерыва трое суток.

Мэл произвел какие-то манипуляции у тумбочки и подал стакан, в котором плескалась оранжевая водичка. Со дна поднимались пузырьки от двух быстрорастворяющихся шипучих таблеток.

- Витаминно-минеральный комплекс для ослабленных вис-травмами различной степени тяжести, - пояснил он. - С апельсиновым вкусом. Тебе понравится.

Но я не решилась взять. Вдруг руки не удержат, и оранжевые пятна уляпают одеяло с матрасом? Мелёшин истолковал заминку по-своему.

- Вкусно, - заключил, сделав глоток и облизнув губы.

Потом, видимо, понял, в чем кроется причина нерешительности.

- Давай помогу.