Sindroma unicuma. Книга 2.

- Никаких угроз и запугиваний, только констатация факта. - Туфли вернулись к столу и устроились на прежнем месте. Я с ненавистью смотрела на них как на виновника бед, принесших нестабильность в мой маленький мирок, разваливающийся на глазах.

- Если ребенок сообразителен и настойчив, как ты сказала, то он выживет на Большой земле и, быть может, когда-нибудь вы увидитесь.

- Это не просто ребенок! Это твоя дочь, и у неё есть имя - Эва! В ней течет и твоя кровь! - выкрикнула мама и устало опустилась на стул.

- Безумно счастлив, - сказал гость, и в комнате раздались редкие хлопки. - Учти, я не шучу. Не вздумай играть по собственным правилам, будет хуже.

- Мне... можно видеться с ней?

- Исключено. До тех пор, пока не решу, что встреча имеет смысл.

- Но оформление на выезд занимает много времени, - дрожащим голосом сказала мама, приводя весомый аргумент.

- Кому как, - ответил самодовольно мужчина. - Всё организовано. Ребенок уедет сегодня со мной. Без вещей, потому что они вызовут лишние вопросы и подозрения.

И мама заплакала. Тихо, зажимая рот рукой, чтобы не напугать меня, но достаточно громко, чтобы я услышала и подползла к ней, обхватив крепко за ногу, а она гладила меня по голове, давясь рыданиями.

***

Я проснулась в поту. Протерла заспанные глаза и потянулась, разминая затекшие мышцы. Всматривалась непонимающе в кремовый ребристый потолок, пока не сообразила, что это балдахин, стянутый от краев к середине и завязанный в центре замысловатым узлом. В ногах по обоим углам кровати высились резные столбы из темного дерева, на которых держалась роскошная постельная конструкция.

В комнате было светло, а это означало, что за окном давно рассвело.

Я повернула голову в одну сторону - бежевые шторы, бежевые стены, бежевый столик с ночником и бежевое кресло. Повернула голову в другую сторону - картина стала бы зеркальной, если бы не темная макушка, лежащая на соседней подушке и загораживающая обзор.

Медленно, очень медленно до меня доходило, что в одной кровати со мной спал Мелёшин и сопел, отвернувшись к стене, а его рука по-хозяйски обнимала меня.

Караул! В памяти совершенно не отложилось, что произошло ночью. Приглядевшись, я облегченно выдохнула. Мэл уснул, не раздевшись, в отличие от меня.

Точно, я же неодета!

Уф, нижнее белье на мне, но где остальные вещи? Поди валяются бесформенной кучей на полу, и Мелёшин заметил мою неряшливость. Но ведь я не разбрасывала одежду по роскошной комнате. Кто-то меня раздел! При этой мысли загорелись щеки, а потом память обрушила лавиной события вчерашнего дня: экзамен, поход в клуб, Тёмину песню, драку на морозе, удар заклинаниями и поездку на машине в неизвестность.

Осторожно потрогала себя - вроде бы ничего не болит, руками-ногами двигать могу, по крайней мере, лежа.