Сильнее ветра

Я хотел только оскорбить, получить немного мерзкого удовольствия от её пресмыканий.

В кого она превратилась?

Она не превратилась. Она всегда была такой. И вот в эту подстилку я влюбился. Интересно, моя мать-шлюха гордилась бы мной?

Я уже хотел сказать, чтобы она заканчивала этот цирк и валила, как дверь с жутким грохотом распахнулась, и я механически перевёл недовольный взгляд на нарушителя нашей приватной беседы.

В дверном проёме показалась Эм. Слегка пошатываясь, она пыталась сдуть с лица мешающую прядь волос своего дурацкого парика, который ей совсем не шёл, и беспорядочно размахивала из стороны в сторону бутылкой шампанского. Все её попытки оказывались неудачными и, видимо, осознав бесполезность своего занятия или просто устав дуть, она расслаблено привалилась к косяку. Забавно подтянув одной рукой съехавшее вниз платье, она окинула нас затуманенным взглядом и растянула свои соблазнительные губы в приторно-беззаботной улыбке.

«Очень не вовремя, Эм. Я совсем не духе. И тебе лучше уйти».

Несколько секунд странной тишины и…

– Ты. Трахаешься.

Охренеть…

И я не мог определить, что шокировало меня больше: что цветочек напился до усрачки, что цветочек знал слово «трахаться» или то, что цветочек не выбежал отсюда с криками, думая, что мы занимаемся словом из второго пункта.

Я передумал, чтобы она уходила. Вечер обещал продолжение.

– Ты всё-таки плохо учила биологию, Эм, – усмехнулся я. – Названный тобой процесс выглядит по-другому.

Она хаотично закивала головой. Непонятно соглашаясь или отрицая данный факт.

– Мы закончили, – эту равнодушную реплику я адресовал Алисии.

Она перевела свой раздосадованный взгляд с Эм на меня, явно не желая покидать нашу дружную компанию. Слишком много женщин на один квадратный фут. Я хотел, чтобы осталась одна.

– Но…

– Я сказал: мы закончили.

Она ещё несколько секунд смотрела мне в глаза, ожидая непонятно чего, а затем, слишком нервно схватив сумку, быстрым шагом вышла из комнаты, наградив напоследок журналисточку полным неприязни взглядом.

В помещении остались: я, стойкий, противно вяжущий горло аромат духов бывшей и пьющая прямо с горла Эм. Когда цокот каблуков стих, блондиночка отлипла от увеселительного напитка и, вытерев рот рукой, вплыла вглубь комнаты.

– Мне сказали, что тут есть ещё шампанское, – на удивление вполне связно проговорила она и, обведя блестящим взглядом пространство, остановилась на знакомых коробках. Ослепительная улыбка озарило её лицо. – Я тебя нашла!

Дальше последовала короткая борьба, в которой я очень быстро пресёк все попытки дотянуться до запасов. А после и вовсе лишил её последней радости, легко отобрав бутылку и поставив её на стол позади себя.

Она возмущённо упёрла руки в бока и наморщила свой мелкий нос.