Сидни Шелдон. После полуночи

Пропади пропадом это отстранение от работы. Пропади пропадом соблюдение границ.

Он не сдастся.

Завтра утром Митч полетит на остров Нантакет.

Правда не может ждать.

Глава 31

Митч ничего не понимал."

"«У человека уйма денег! Можно поехать куда угодно: Майами-Бич, Барбадос, Гавайи, Париж… Какого дьявола покупать дом в этой дыре?»

Очевидно, вкус у Ленни Брукштайна хромал. У него была прекрасная, обожавшая его жена, а он предпочел стерву-любовницу, которая его презирала. Так называемые друзья были так же достойны доверия, как банда продавцов подержанных машин. Но это уже предел всему! Что хорошего может быть на Нантакете? Серые, обшитые вагонкой дома, унылые, поливаемые дождями пляжи навевали депрессию.

– И чем люди здесь занимаются? – спросил Митч фармацевта в аптеке на Мейн-стрит, почти единственном заведении, открытом не в сезон.

– Некоторые люди пишут. Или рисуют.

«Пишут что? Предсмертные записки, перед тем как покончить с собой? Стихи в стиле Леонарда Коэна?»

– Кое-кто ловит рыбу. В марте здесь не слишком людно.

Это еще слабо сказано! В гостинице на Юнион-стрит, где остановился Митч, было тихо как в могиле. Единственным звуком, нарушавшим молчание, было тиканье старинных напольных часов в гостиной.

Еще пара недель – и для Митча все закончится, как для героя Джека Николсона в «Сиянии».

Но сидеть здесь две недели не пришлось. В течение суток после его приезда по острову поползли слухи о появлении незнакомца, расспрашивавшего о Леонарде Брукштайне, после чего все население предпочло наглухо заткнуться. Фелиша Торрес, бывшая кухарка Брукштайнов, сейчас работала в «Колдрен», единственном ресторане высшего класса, открытом не только в летние месяцы. Митч направился туда.

– Я пытаюсь составить более точную картину событий в дни, предшествовавшие шторму. Речь идет о лете 2009 года. Вы в то время жили у Брукштайнов?

Молчание.

– Как давно вы у них служили?

Молчание.

– Мэм, это неофициальное расследование, вы понимаете? И ни к чему нервничать. Вы не заметили каких-то напряженных отношений между гостями в тот уик-энд?

Сначала он подумал, что Фелиша плохо знает английский. Потом решил, что она глухонемая. Как бы там ни было, повариха оказалась столь же откровенной, как мидия, проглотившая каплю суперклея. Митч опросил экономку, горничную, садовника. Та же история.

«Не помню».

«Не видела».

«Делал свою работу и уходил домой».

Завтра он отправится в гавань и поговорит с рыбаками. Кто-то из них в тот день должен был выходить в море. Но надежды раздобыть хоть какую-то информацию было мало.

«Можно подумать, все они члены тайного клуба вроде масонского и связаны обетом молчания». Но почему? Ленни уже мертв. От чего или кого они его защищают?

– Тристрам! Иди посмотри, – позвала мужа Ханна Коффин.