Цветная музыка сидхе

Посему в том, что эти драгоценности перешли ко мне, нет никакого мошенничества. Они мои по праву наследования. И уж конечно, принадлежащие мне средства не должны быть переданы короне Дагры. Я! Единственная! Законная! Наследница!

— Вы можете показать нам документы, леди Рэмина? — гневно хмуря брови и сердито сверкая маленькими глазками на наглецов, посмевших выразить недоверие его народу, известному своей кристальной честностью и безупречной репутацией, спросил старейшина-гном.

— Да, сиятельный лорд, — кивнув, я быстро перелистала все оставшиеся у меня в руках бумаги и передала подошедшему ко мне клерку завещание и все то, что в свое время предъявляла в банк.

Бородатый низкорослый член Совета старейшин долго и кропотливо изучал их, после чего достал из кармана два артефакта. Не поленившись, встал со своего «трона» и подошел ко мне.

— Леди, не могли бы вы предоставить мне образец вашей крови?

— Да, сиятельный, — протянула я ему левую руку и подставила мизинец.

Легкий укол, снятая артефактом капелька крови, затем — слепок моей ауры, которую просканировал второй артефакт. Гном вернулся на свое место, что-то поколдовал с финансовыми документами и полученными у меня образцами, после чего вскинулся и, цедя слова, обратился к людям из Дагры:

— Возмутительно! Как только посмели вы оскорбить мой народ подозрениями в банковских аферах?! Всё, сказанное леди Рэминой, является чистой правдой. Все до единого документа — подлинные и законные! А она сама — именно та, кто указан в завещании как единственная наследница! Я буду вынужден сообщить о ваших невероятных в своей наглости наветах и грязных инсинуациях своему народу. Кажется, нам следует хорошо подумать, продолжать ли сотрудничество с Дагрой.

Лорд, предъявивший обвинения, аж взмок и побагровел. Кажется, осознал, что сказал что-то не то, желая добраться до меня и моих денег.

Три сестры Неумолимой вглядывались в меня пристально, оценивающе. Сейчас в их эмоциях читалась уже не ненависть, а холодный расчет, они явно размышляли о своих дальнейших действиях и прикидывали, чего еще от меня ждать. Похоже, получить такой отпор никто не предполагал. Всё же я еще совсем молодая, неопытная, и вдруг такое странное поведение…

Ну? И какой же следующий ход?

— Лорды-старейшины, — вдруг ядовито улыбнувшись, поднялась с места та жрица, что оскорбляла меня. — Мы признаем, что наши обвинения были необоснованны, нас ввели в заблуждение. Леди Рэмина оправдана, и претензий по всем озвученным пунктам мы не имеем.

Она сверкнула глазами и сладко пропела, взглянув на меня:

— Бедная запутавшаяся девочка просто не осознавала, что творит, убегая из родного дома. Ее напугали, заморочили голову.