Зима была холодной (СИ)

Он уже затягивал портупею, когда до слуха донеслись знакомые крики, от которых волосы на голове встали дыбом. Киллиан бросился к окну, глядя на приближающийся отряд индейцев. Пальцы бездумно сжали деревянный подоконник, по телу прокатился ледяной озноб.

Откуда здесь — в городе — индейцы, некогда было размышлять. Киллиан действовал механически, особо не раздумывая. Проверил револьвер, винтовку, рассыпал по карманам патроны — на всё ушло от силы полторы минуты. Кто-то заполошно забил в набат, и мерный гул колокола разнёсся над городом, ударяя по нервам.

Сердце колошматило о грудную клетку, руки подрагивали от нетерпения, но разум оставался чистым. Киллиан приоткрыл дверь, огляделся, радуясь, что со второго этажа салуна открывается отличный обзор на улицу. Люди внизу метались из стороны в сторону, пытаясь укрыться. Истерично кричали женщины, ржали лошади, плакали дети. И надо всем этим хаосом плыл колокольный звон. Совсем рядом, посреди дороги, упал с томагавком в голове телеграфист.

Первые индейцы ворвались в город, паля без разбора, и Киллиан, выглянув из укрытия, прицелился в раскрашенное синей и белой краской тело. Индеец дёрнулся, оседая на землю, кто-то внизу выстрелил почти одновременно с Киллианом, и ещё один дикарь скатился под ноги всадников. Однако о полноценном сопротивлении не могло идти и речи: днём в городе оставалось мало мужчин, способных держать оружие. Одиночные выстрелы раздавались из нескольких домов, и не все они находили свою цель. Индейцы вихрем пронеслись по улице и развернулись, продолжая палить из ружей и пронзительно кричать, приводя в ужас тех, кто слышал этот крик впервые.

Патроны в винтовке закончились, и Киллиан щёлкнул затвором револьвера, прицеливаясь в спину проехавшего совсем близко дикаря. Дым от выстрела ещё рассеивался, когда взгляд выхватил Алексис, бегущую к школе. Тёмно-зелёная юбка мелькнула в пыльном облаке, следом тут же двинулась раскрашенная фигура. В животе что-то сжалось, резко, до тошноты. Прижимаясь к стене, Киллиан пополз по веранде, видя, как Алексис дёргает запертую дверь, как понимает, что не попадёт внутрь…

«Ну же! Прячься за домом! Скорее!» — взмолился про себя Киллиан, поднимаясь. Но тут же пригнулся — пуля впилась в деревянную обшивку салуна прямо над головой. Прицелился, выстрелил в ответ и тут же бросился вниз, грохоча по лестнице. Алексис у школы уже не было, но и дойти до здания, расположенного всего в трех ста ярдах, оказалось сложно. Если сверху можно было хоть что-то разглядеть, то здесь, внизу, царил настоящий ад. Дым от выстрелов и пыль, поднятая всадниками, мешали рассмотреть, что творится в трёх ярдах впереди; под ногами — тела: горожане и индейцы вперемешку; слева кто-то кричал, и над всем этим продолжал звучать набат.