Вперед в прошлое 6 (СИ)

Барик наклонился ко мне и забормотал:

— У меня в одиннадцатом классе кореш, я его подговорю, чтобы движуху создал. И в десятом есть. Нам ведь чем больше народа, тем лучше. Да и у тебя сеструха авторитетная.

Мне подумалось, что Наташка поддержит «революцию» из любви к искусству.

— А в десятом у меня подруги! — воскликнула Лихолетова.

— Только петухов не надо, — прогудел Димон Чабанов.

Гаечка вспомнила:

— Юрка и Алиса в восьмом. Да вся школа за нами пойдет, только надо их убедить.

— А для этого переговорить с лидерами классов, — вздохнул я, и вдруг опыт взрослого отступил, остался прежний я, придавленный ответственностью и осознавший, что, если ничего не выгорит, меня просто выпнут из школы с волчьим билетом, так неуютно стало, что аж руки похолодели.

«Зато решится вопрос с торговлей, — проговорил здравый смысл. — Поздно отступать. Доведи дело до конца». То, что я замыслил — это же почти преступление. Или саботаж учебного процесса — наименьшее зло в свете грядущих событий? Ведь Джусиха — это не только наша беда и язва на теле нашего коллектива, но и вымогательство и коррупция в школе, травля хороших учителей (Илона Анатольевна из-за нее уволилась, потом — Вера Ивановна и немка) и выписывание премий тем, кто лижет ей зад. Дрэк так не делает, он самодурит, да, но все-таки ругается чаще по делу и поощряет тех, кто хорошо работает.

Стал бы я так напрягаться, если бы опасность не грозила мне и моим друзьям?

Буду надеяться, что так нужно, и мое деяние бросит камешек на чашу весов реальности, качнув их в нужную сторону.

— Серега, Рая, мне нужны эти лидеры классов.

— Еще есть пацаны девятого «В», — напомнил о себе Памфилов, — Да, мало, но их я беру на себя. Короче, человек пятьдесят должны собрать, а это ого!

— И журналистов надо, — сказал Илья. — Но это — к отцу. Не знаю, поддержит ли. Одно дело — заявление написать. Другое — такой явный срыв уроков.

— А ты покажи ему «пару» в дневнике, — посоветовала Гаечка. — Если он вхож в то городское ОНО. Может, убедит, чтобы Джусь подвинули, а? И нам не устраивать, — она передернула плечами, — клоунаду.

— Так мы не давали дневники, — ответил Илья.

— Значит, просто расскажи, как она тебя завалила. И про угрозы.

Я щелкнул пальцами.

Угрозы! Нам нужны улики. Было бы здорово записать на диктофон то, как Джусиха с нами разговаривает. Будут уже не беспочвенные обвинения. Но где его взять в наше время? Это в будущем записал все на телефон — и дело в шляпе. А так диктофон есть только на магнитофоне Ильи, а он огромный, не спрячешь его даже под партой. Разве что если набок положить.

И опять-таки, из-под парты он запишет неразборчиво, и, если Джусиха разгадает нашу задумку, то начнет осторожничать — потом уже ее не спровоцировать на агрессию.