Дурная примета (СИ)

Туда, где детский смех, пахнет оладушками и ей самой.

Глава 15

Дождавшись, когда Оля уснет, иду собирать ее, разбросанные по всему дому игрушки. Спустя два дня после знакомства с внучкой, Ольга Сергеевна приехала снова. На этот раз не одна, а в компании с высоким молчаливым шкафом. Иначе назвать этого мужчину у меня язык не поворачивается.

Огромный, бритоголовый, с лицом, словно высеченным из камня.

Я не знаю, в каких они состоят отношениях, водитель, друг или нечто большее, но она его представила Виталиком. Так вот, этот Виталик три раза ходил к машине, пока не перетаскал для Ольки все подарки. Такое ощущение, что ее бабушка приехала в Детский и мир на грузовике и сказала: «упакуйте все».

Там были и куклы, и конструкторы, и мягкие зверушки и всевозможные музыкальные инструменты, а также целый ворох одежды размерами минимум до первого класса.

На мой вопрос «Куда столько?!» она пожала плечами и сказала, что у ее единственной внучки должно быть все самое лучшее.

Вот если бы она привезла в комплекте к этому изобилию еще и специально обученного человека, который бы собирал игрушки по многочисленным пластиковым контейнерам, моему счастью не было бы предела. А так, эта повинность упала на мои хрупкие плечи.

Наведя в квартире порядок, вспоминаю о еще одном незаконченном деле.

Черт.

Закрываю лицо ладонями и, прислонившись спиной к стене в прихожей, совершаю ряд продолжительных вдохов и выдохов.

Не помогает. Спазм в горле никуда не исчезает.

Ладно, сам пройдет…

Включаю свет в ванной и захожу внутрь. Там в тазу замочена белая рубашка Майкла. Лежит в отбеливателе уже полдня, а след от помады не отстирывается. Я его и руками, и щеточкой, а он никак…

Достаю ткань из воды и провожу ногтем по красному пятну. Бесполезно, въелось намертво. Рубашка на выброс.

Опираясь двумя руками в края таза, сильно закусываю нижнюю губу. Как никогда хочется плакать. Терпение на исходе. Не могу я так больше.

За последние несколько дней он два раза назвал меня Милой и даже не заметил этого. Я отозвалась, не стала его поправлять.

Понимаю, что он не специально, скорее всего, на автомате, по привычке. Мира тоже на первом курсе часто называла меня именем своей подруги. Ничего, со временем прошло.

Но отстирывать его рубашки от помады любительницы сладких духов я не обязана.

Сука. Зачем красить губы, когда идешь с мужиком сексом заниматься? Или он ее в губы не целует?

Внутри, шипя, расползается ревность. Где он сейчас? С ней? Тоже обнимает ее, ласкает языком, целует? Тоже называет Милой?..

Не сдержавшись, отшвыриваю таз в сторону. Расплескивая воду, он ударяется о кафельную стену.

Пусть сам стирает.

Раздеваюсь догола и встаю под тропический душ. Стою под теплыми струями, пытаясь привести чувства и мысли в порядок. Ничерта не выходит.