Монастырь (СИ)

– Повтори еще раз, – король наклонился над юношей и улыбнулся. – Повтори... – Он подцепил пальцами подбородок Луиса. – Пожалуйста.

– Иди к черту! Я ничего не собираюсь тебе говорить. Кто ты такой, чтобы лезть мне в душу? – дернулся герцог. – Тебя заводит что ли бегать за мной, как собачонке? Ты слабак! Придурок!

– Еще, – сказал Фернандо, целуя мальчика в шею.

– Прекрати, пусти... ты... слышишь... – Луиса всего трясло. – Я тебе кишки выпущу, если ты не перестанешь. Я тебя зарежу... Пусти, скотина...

Король оторвался от юноши, посмотрел на него, на покрасневшие щеки, бешеные глаза и вдруг поцеловал. С жаром, страстью, с желанием, которое перекрывало все мысли, которое сейчас управляло им, вело, звало. И с немыслимой для себя нежностью.

Луис не хотел чувствовать... вновь чувствовать над собой какой-либо власти. Сознавать, что его телом овладевают и расплавляют. Губы Фернандо были слишком жаркими, а тело его выдавало желание. Такое очевидное и явственное, что познавшая радость плоть охотно откликалась на раздражение. Сознание поплыло. В животе родилась лава. Луис уже корил себя за то, что его плоть возбуждается всего лишь от сопротивления, перемешанного с лаской.

Король аккуратно прервал поцелуй и закусил губу. Как же ему хотелось... Но рано, рано, рано... Дьявол побери, рано!.. Будь проклят этот Легре! Чуть не сломал мальчика...

Мужчина опять наклонился к юноше.

– Луис, – легкий выход в губы. – Мальчик мой, говори.

Легкий, дразнящий поцелуй.

– Нет. – герцог пытался выровнять дыхание и угомонить горячую кровь. Фернандо теперь сам давал передышку. – Нет. Нет. Нет.

Юноша открыл глаза. Столкнулся со взглядом короля. Терпеливо вытерпел несколько секунд, чувствуя мужчину на себе, весь его вес и его...

– Я не твой мальчик, – выпалил зло.

– Мой, – глаза мужчины опять начали стремительно темнеть, голос обволакивал и ласкал. Пальцы опять очерчивали овал лица, шею, задевали чувствительные точки, уже обнаруженные ранее. Трепетали, возбуждали, звали. Взгляд, казалось, проникал в душу. – Мой, – и опять выдох в губы, – Говори.

– Нет. Не смей... – Луис вскрикнул от новых ласк, зарычал, вновь пытаясь освободиться, попытался оттолкнуться ногами, которые лишь беспомощно заскользили по шкурам. – Неееет... – новый стон от пальцев, что двигаются по коже.

– Смею... Хочу... – легкие поцелуи сменялись все более страстными, руки и губы опускались все ниже, исследовали, проверяли. Передавали возбуждение и желание.

Фернандо выпрямился, еще сильнее сжав ноги, положил руку на уже возбужденную плоть Луиса и властно приказал:

– Говори.

Пальцами начал гладить своего мальчика.

Тот сцепил зубы, глуша собственные стоны. Он не мог контролировать молодое, жаждущее удовольствий тело. То просто не слушалось, хотело, желало. Стремилось...

– Скотина...