Любовница (СИ)

Но даже эти вылазки пришлось прекратить, когда один из охранников Титова, отправленный с ним намекнул, что его может быть видно на камере.

Этого допускать было нельзя. Единственное, на что они могли надеяться — эффект неожиданности. Ну и скорость действий. Они спланировали все так, что при любом раскладе, в Париже они окажутся быстрее, чем Самарский успеет сообразить, что его обвели вокруг пальца, ну а лететь в Киев они смогут через любой другой город, в который окажется ближайший рейс, пусть потратят немного больше времени на дорогу, но это уже не будет иметь значение, когда Саша окажется на свободе.

Именно этот момент он холил и лелеял в своем воображении, как Саша его увидит первым, вдохнув воздух полной грудью, как заплачет от счастья именно у него на плече, как он будет извиняться, а она благодарить.

— Что она сказала?

— Ничего. Она теперь знает о нашем плане, ждите.

— Самарский усилил охрану.

— Не мудрено, в этом смысле, он никогда не был дураком. Ладно, до связи.

Бросив трубку, Титов улыбнулся сидящему все это время в кресле напротив другу. Эдуард слушал его разговор с Сашей, а потом и с Геной затаив дыхание. Восторг. Чистый восторг вызывала его хладнокровность и, как оказалось, оправданный подход к делу. Он ведь и сам раньше думал, что друг поступает неправильно, что легче сдать тендер, чем связываться с Самарским, но теперь…

Ведь Костя уже почти его сделал. Совсем чуть-чуть, и козырей у Самарского больше нет, а вот он сам — в шоколаде.

— Я восхищаюсь тобой, Костя, честно, — Эдуард картинно похлопал в ладоши, на что Титов ответил шутливым реверансом.

— Спасибо, спасибо. Приятно слышать такое не из уст шавок-прихвостней… Теперь главное, чтоб она успела до истечения двух недель. В общем-то, значения это уже не имеет, но мне приятно будет раздавить щенка еще до тендера.

— А ты злой, — правая рука Титова в очередной раз обрадовался тому, что находится с ним по одну сторону баррикад. Такой ведь и мокрого места не оставит, перестраховываясь.

— А знаешь, что самое веселое? Я ведь не просто докажу им всем, что со мной шутки плохи, — Константин прокрутил в памяти сразу несколько эпизодов своих недавних злоключений, и похищение Саши, и падение акций, и взрыв машины, и эти желтые стикеры в каждом новом конверте… — Я растопчу его самолюбие, а потом разберусь с остальными.

— Думаешь так просто растоптать? Это ведь всего лишь один раунд из ста, вы сойдетесь и разойдетесь еще множество раз."

"— О нет, — Титов сладко улыбнулся, — неееет. Это другое, ты же не знаешь… Он запал на Алекс. Так запал, что даже не смог этого от меня скрыть, а значит — она его отлично задела. А теперь, знаешь, что сделает? Она его пре-даст, — Константин попробовал это слово на вкус, наслаждаясь горькими нотками.