Пять мгновений любви (СИ)

Может быть, это действительно был сон?

— Она хотела тебя вместо Насти поставить, но Настя пришла, я ее только что видел на улице. У тебя что-то случилось?

Яра медленно покачала головой и пошла в сторону репетиционного зала, хотя хотела просто исчезнуть, но надо во всем разобраться.

MULTIPASS — Малиновый закат

Ярослава всю ночь проворочалась без сна. Юра так и не появился, поэтому она только и делала, что прокручивала в голове все их диалоги, чтобы понять, когда и что пошло не так.

Она так торопилась очутиться в следующем дне, что время, казалось, стало тянуться очень медленно, как карамель.

Из-за второй бессонной ночи Яра чувствовала себя ужасно разбитой. Под глазами пролегли тени, аппетита не было от слова совсем, при этом желудок то и дело переворачивался, словно в предчувствии чего-то плохого. Волнение не проходило, поэтому она наспех съела бутерброд, запила его кофе и побежала к университету.

Дождь наконец-то прекратился, и нормализовалась спокойная золотая осень со всем своим буйством красок, шелестом листьев и запахом прелой листвы, но даже она не радовала.

Репетиции были расписаны буквально по минутам. В концертном зале стоял невообразимый гвалт. Все находились в радостном предвкушении предстоящего выступления и скорой свободы.

Яра пыталась выкроить минутку, чтобы поискать Юру, но в этот день нужны были все руки: помочь перенести декорации, привести в себя актера, который вдруг от волнения забыл все слова, расставить заново всех на сцене, чтобы картинка выглядела красивее, закончить собирать сценический образ.

Юрфак выступал первым, поэтому лишь после всех выступлений она смогла спокойно выдохнуть. Ярослава завороженно наблюдала, как все принимавшие участие выбежали на сцену. Ее захватил азарт, командный дух, поэтому она прыгала и обнималась с другими девушками-администраторами, которые все это время контролировали весь процесс из-за кулис.

Когда они вереницей принялись покидать сцену, чтобы дать пройти администраторам и постановщикам экономического института, Яра с замиранием сердца наконец его увидела.

В узком коридоре они пропускали своих конкурентов. Все собранные, также во всем черном, подтянутые и похожие скорее на манекенщиков, чем на организаторов.

Кровь хлынула к лицу, щеки сразу порозовели, а по коже пробежал морозец лишь от одного взгляда на Юру. Он стоял среди первых, в черной рубашке, которая была расстегнута на первую пуговку, в черных брюках, с идеально уложенными волосами. Ярослава просияла и кинулась к нему, однако резко остановилась, поймав на себе его холодной взгляд, который лишь мазнул и сразу же переключился на следующего человека. Будто она была никем, стенкой, скучной картиной, висящей на стене, за которую даже нельзя было зацепиться.