Пять мгновений любви (СИ)

— Я знаю, Юра… просто поверь мне, я знаю. Но я вижу, как она на тебя смотрит, и если это не любовь, то что?

— Она в отношениях, но при этом подавала мне знаки внимания, по-твоему, это нормально?

— Нет. Но она может жалеть о них. Об отношениях. Может быть, она в них несчастна.

— Тогда зачем же она вообще встречается с ним?! Без обид, но ты несешь бред! — уже не на шутку вспылил он и со злости саданул кулаком по стене ближайшего магазина, чтобы хоть как-то себя успокоить.

— Из-за привязанности, привычки, не знаю. Она лучше ответит на этот вопрос.

Юра грустно смотрел на своего друга, тот что-то пытался до него донести, но он уже ничего не понимал. Он устал, силы постепенно покидали его, выплеск эмоций забрал их почти все.

— Мне надо побыть одному, ладно? Я буду завтра, можешь на меня рассчитывать. Но сейчас я хочу побыть один.

Он развернулся и пошел в сторону своего дома. Без одежды, без вещей, без любви и без сердца.

Сердце все еще бешено колотилось от поцелуев, от ее первых поцелуев, таких долгожданных и горячих, словно губы прикоснулись к солнцу.

Но Юра — не солнце, он — луна, которая освещала путь в темноте, спасала от монстров, что в ней прятались, берегла, чтобы она дожила до очередного солнечного дня.

Пока Ярослава жила в его объятиях, ее телефон разрывался от звонка. Когда она поняла, что звонят именно ей, то с удивлением обнаружила на экране имя, которое так ждала: Стас.

Звонка-то она от него ждала, а вот была ли готова к нему?

Сначала на том конце была тишина, а она не спешила начинать диалог, так и молчали.

— Ты так и будешь продолжать сопеть в трубку?

— И я тебя рад слышать, — голос мягкий, такой родной. Казалось, что она целую вечность не слышала эти нотки. — Прости меня, я вел себя как идиот.

На глаза навернулись слезинки. Яра часто заморгала, чтобы их прогнать, не хватало только при нем разреветься. Ей не хватало его, ей не хватало своего друга, с которым она постоянно бесилась, снимала смешные видео, зная, как он этого не любит. Скучала по ночным поездкам и ночевками в загородном доме Макаровых. С его отъездом будто отвалилась значимая часть их компании, хотя они все также продолжали дурачиться, переписываться и дружить до потери пульса.

— И ты меня прости, тогда мне казалось это правильным.

— Все нормально, Ярик. Я бы на твоем месте поступил точно также.

— А ты Мише уже звонил?

— Звонил, как раз перед тобой.

Дальше они болтали обо всем: она рассказала, как они отметили ее день рождения, как проходили репетиции, а он взамен поделился новостью, что теперь с ним живет та самая Кристина.

— Она тебе нравится?

— Да… не так, как ты… — Яра даже дыхание задержала. — Я просто понял, что… боже, как сложно. В общем с тобой я просто вспомнил свою детскую влюбленность, а с ней все по-другому, по-взрослому.