Зов Лавкрафта (сборник) (СИ)

Он подумал, что девушку нужно развлекать, и продемонстрировал отсутствие мизинца на левой руке. Силена взяла его кисть в свою теплую руку, погладила оставшийся фаланг.

— Красиво, — искренне сказала Силена. — А это?

Тонкие пальчики скользнули по его щеке, как бабочки.

Он объяснил про драку годичной давности и велосипедную цепь, едва не лишившую его глаза. Она слушала, затаив дыхание, а он говорил и говорил, изумляясь, как много слов томилось внутри, как много невысказанного. Точно из тюрьмы молчаливой угрюмости вылетали взбунтовавшиеся слова.

Потом он провожал Силену к метро, и ее рука лежала у него на локте, отвлекая.

— Ты, наверное, в центре живешь?

— Что ты, я близко живу. Одна станция отсюда.

— Парковая, — кивнул он, и подумал, что будет драться с каждым из парковых пацанов за право гулять с ней.

— Нет. В другую сторону.

Тимур вскинул брови.

— Шутишь, да? В другую сторону станций нет.

— Есть, — сказала она без тени юмора в голосе. — Разве не слышал про Речной-3?

Он запнулся. В памяти всплыл далекий августовский день, огромный рот с черными деснами, желтые мерцающие окна.

— Это же байка, — выдавил он. — Детские сказочки.

— А ты был на том берегу? — ее глаза странно блеснули, словно лед отразил солнечные лучи. — Неужели никогда не хотелось переплыть реку и посмотреть, что за ней?

— За ней поля, — заявил Тимур уверенно. — Мои окна выходят туда.

Она пожала плечами, будто говорила: «на нет — и суда нет». У станции она вернула ему куртку.

— Если захочешь. Пятый дом, восьмая квартира. Сегодня впервые к вам приехала, а так я всегда дома.

Силена наклонила голову, и Тимур сообразил, что она ждет поцелуя. Он коснулся губами родимого пятна. Кожа в этом месте была бархатистой и нежной.

— Ты не сказала, на какой улице.

И она пошла к станции, манящая, легкая…

— Я приплыву! — крикнул он вслед, сам не зная, подыгрывает шутке, или говорит правду.

Она оглянулась, лицо ее озарила улыбка:

— Зачем плыть-то? В двадцать три ходит поезд.

Силена исчезла, и он посмотрел на наручные часы. Циферблат показывал двадцать два пятьдесят пять. Тимур перевел взгляд на поля, виднеющиеся за рекой.

«А ведь странно, что никто из нас в детстве не пытался туда попасть».

— Слышал байки про несуществующий микрорайон?

Дядя Гриша, плотник, сплюнул в ладонь гвозди, которыми крепил обивку к гробу. Воззрился озадаченно на коллегу.

— Я думал, у тебя вообще языка нет.

Тимур пропустил его фразу мимо ушей.

Плотник вернулся к работе, но, после нескольких ударов молотка, сказал:

— Да, — равнодушно буркнул Тимур.

— Книгу, — дядя Гриша усмехнулся, показав пеньки сгнивших зубов, — Речной-3 — проект такой был. Хотели три одинаковых спальных района построить. Туннель копать начали на другой берег, но забросили.