Курсант (СИ)

Как мы узнали, какая из казарм является нужной? Так только над ней поднимались клубы дыма, только у нее не было части стены, и только возле нее творилось самое настоящее столпотворение! Не знаю, как другие, а я во время снижения насчитал девять БТР-ов и одну КШМ-ку с заведенными движками, шесть «Росомах» и четыре «таблетки» с символикой медслужбы. А вот людей не пересчитывал, ибо их было как бы не пару сотен. Впрочем, «полюбовался» четкими рядами «залетчиков», уложенных на бетонку лицом вниз с руками, зафиксированными за спиной либо наручниками, либо блокираторами магии. Потом мазнул взглядом по офицерам и прапорщикам, с автоматами наперевес охранявшим этих уродов. А когда увидел относительно небольшую группу местных начальников, судя по ожесточенной жестикуляции и выражениям лиц, пытавшихся задавить Палыча «харизмой», озверел. Как выяснилось от силы через пару минут, не один — стоило нашей «коробочке» подойти к этим воякам и «разомкнуться», как Мирослава Михайловна продемонстрировала свое недовольство командованием центра самой формулировкой первого же заданного вопроса:

— Константин Павлович, скажите, пожалуйста, что от вас хотели эти недоумки в погонах?

— Требовали, чтобы я приказал подчиненным сдать оружие, выйти из казармы, позволить надеть на себя блокираторы магии и подписать согласие на проведение ментального допроса первой категории. В противном случае обещали сгноить на каторге и что-то там еще.

— Ваше Императорское Величество, я не знал ни о каком задании! — проблеял подполковник и разозлил Мирославу Михайловну еще сильнее:

— Шадрин, а вы вообще в курсе, по чьему личному приказу эта группа прибыла в ваш учебный центр?!

— Н-нет. Они приехали вчера, то есть, в воскресенье, а я…

Не знаю, что именно сломало подполковника, но если до этой фразы он просто потел и пытался удержать трясущийся подбородок, то после нее упал на колени и заблажил:

— Не губите, Ваше Императорское Величество! У меня семья и дети…

Волконскую не проняло:

— Лев Семенович, заткните его, пожалуйста!

Щелчок «придавил» вояку каким-то ментальным навыком, и государыня перевела взгляд на темноволосого майора,

смотревшего на нее как-то уж очень нагло:

— Вам что-то не нравится?

— Так вот почему эта пьянь так распоясалась! — воскликнула Волконская, мазнула по Шадрину презрительным взглядом, затем задумчиво прищурилась, заставила майора представиться и понимающе усмехнулась: — Я понимаю, что вы, Синцовы, зависите от Шадриных, соответственно, ваше молчание выйдет боком всему роду, но не стоит превращать поддержку благодетеля в фарс!

Майор… уперся, как баран и язвительно заявил, что это не ответ.