Хагалаз. Восхождение (СИ)

Блэйр чувствовал себя прескверно. К багажу его убийств теперь прибавилось и воровство. Нехороший поступок, мерзкий. Но ему позарез нужна была лошадь и хоть какой-то провиант. Решение следовать за подозрительной компанией сформировалось молниеносно, и мужчина едва не утратил их след, пока искал средство передвижения. Он видел юношу, один в один похожего на Элофа, но если Хаара убила одного близнеца, то второй ещё оставался жив, и как предсказывал Джаваха, ему покровительствовали маги. Упускать их из виду было нельзя.

«Гатжо оставила меня в живых, — думал мужчина, — для того, чтобы я уничтожил зло в его зародыше. Что бы эти люди ни планировали, я обязан им помешать». 

Глава 53 Всё кончено

Всё кончено. Поймана, осуждена, приговорена. Отчаянию, заполонившему тело и разум, не было предела. Оно разрывало на куски, давило на грудь, проникало в лёгкие, смешиваясь с воздухом подобно ядовитому газу.

Стоило закрыть глаза, и Наоми видела труп Яра. Этот доблестный воин отдал за неё жизнь, и что в итоге? Она снова в заточении, Периций в тюрьме, а не родившийся наследник по-прежнему приговорён к смерти. Эта надменная бесчувственная королева смела бить её в присутствии стольких людей! Даже Лонгрен себе такого не позволял! Убила мужа, отняла дом, унизила достоинство, уничтожила поддержку. Она растоптала всё, что Наоми могла удержать в своих хрупких руках. Больше никто не решится помочь ей. Некого попросить об услуге. Отец не услышит её жалобного плача.

Всё кончено. Наоми перевернулась на спину. Так плохо ей не было ещё никогда. Жить несколько месяцев с мыслью, что твоего ребёнка убьют, нет, это невыносимо! Она не переживёт этой зимы, не вытерпит больше невзгод, свалившихся томным грузом на плечи. Нет и жалкой надежды на спасение.

Там, за окнами, назревает война. Наоми чувствовала это, знала. Она была убеждена, что терзающие кошмары воплотятся наяву. Если сына не убьют, едва он явится в мир, то за ними придут маги, беспощадные кровожадные существа. Всё поглотит огонь. Она упадёт в реку крови и пальцы плывущих по ней трупов потянут её и наследника вниз.

Наоми кричала. Она колотила дверь, подушку. То металась из угла в угол, как обезумевшая, то падала на кровать и рыдала. Геул не отвечал на её молитвы. Он был на стороне треклятой Хизер, присвоившей себе право миловать и карать. В чём она провинилась, что заслужила такой жестокости? Неужто расплата за слабость? Или за то, что во имя собственных амбиций, Наоми принесла в жертву чужую жизнь?

— О, я проклята! Проклята! — кричала девушка, хватаясь за волосы. Она вспоминала лицо испуганной Дефары, её мольбу, отчаяние.