Камаэль (СИ)

Выпалив что-то гневное на древнем эльфийском наречии, мужчина вновь воздел к потолку руки и торопливо вышел вон, не мало насмешив меня своей прыгучей походкой – как будто мячик бросили."

"Возможно, будь у нас чуть больше времени, не съедай меня изнутри нетерпение и жажда мести, я бы с удовольствием поговорил с ним, успокоил, обнял, но пока ситуация складывалась отнюдь не в нашу пользу. И даже прекрасное вино теперь было на вкус, как старый, мокрый пепел. Так часто бывает с Павшими: то чувствуешь, то нет. И никогда не знаешь, какими красками для тебя окрасится мир, какую вуаль накинет на себя. Невольно скривив губы, я поднялся с кресла и подошёл к одному из узких окон. Если бы не потребность их всех в свете, я бы не стал создавать такую явную брешь в защите крепости. Но прагматизм, который желал захватить надо мной власть, был здорово озадачен тем, что и мне захотелось расслабиться, насладиться видом. Окончательно разогнать тьму Первозданного леса не смогла бы и сотня Павших, но в том и не было надобности: лишь приукрасить её, немного приподнять непроглядную, мрачную завесу. Воспоминания и знания прошлой жизни, некогда родного мира, подкинули мне любопытную идею, как не тратить чересчур много сил, как своих, так и чужих на то, чтобы осветить эти места. Мне-то надобности в том не было, но вот мои преданные подданные страдали от одного только упоминания о магических пульсарах. Когда я лишь учился, листал энциклопедии сотнями, мне попалось на глаза одно любопытное растение, хотя теперь это было не совсем оно, поскольку исходного образца у меня просто-напросто не было, но на безрыбье и рак рыба. И всё же, на мой взгляд, лучше светящийся мох, более или менее похожий на оригинал, чем подобие фонарей, коих в людском мире было великое множество. Мох покрывал деревья и камни этих мест задолго до моего рождения, а потому слегка исказить его структуру оказалось сложнее, чем я мог себе представить. С одной стороны, он, конечно, однолетний, а с другой – тогда, сколько же поколений этой гадости здесь сменилось? Это как очень сильно ускорить эволюцию, но не в случайном направлении, а строго определённом. Будь у меня научный интерес, я бы, безусловно, сохранил образцы прежнего мха и сравнил с нынешним, чтобы выявить, что именно заставляет его излучать слабый, мутный свет. На деле мне пришлось выполнить не простую задачу – ощутить солнечный свет, его отголоски и переливы за лесным покровом, а затем передать ближайшей нужной единице. Это как пытаться написать с помощью лупы и света слово на самой кромке воды. Но и на этом моё веселье не заканчивалось, потому как одного светящегося кусочка было, мягко говоря, маловато, а потому пришлось «научить» природу тому, что я сделал.