Камаэль (СИ)

Через несколько часов окончательно распогодилось, на востоке только начинало светать, а Аэлирн вместе с Льюисом только добрались до нужного дома и теперь стояли перед дверью, замерев в нерешительности. Эльф вовсе не хотел идти туда, а Льюис не знал, желает ли встретить этого человека. Наконец, глубоко вздохнув, Король решительно нажал на кнопку звонка и вслушался в электронную птичью трель за стеной, затем опустил руку и принялся ждать. Двухэтажный небольшой домишко, казалось, покосился куда-то в сторону восхода, вот только ничего от цветка, ждущего солнца, в нём не было. Обшарпанный серый сайдинг местами совсем отвалился, открывая подгнивающую древесину, заваленный мусором и сломанной техникой балкон и вовсе придавал зданию заброшенный вид. И, хотя шторы, такие же грязные и слегка порванные, были плотно задёрнуты, тонкие лучи света сквозь них всё-таки проникали — внутри горела лампа. Всё же, дверь открылась, и тонкий, высокий силуэт скользнул в сторону, пропуская гостей. Прихожая сразу переходила в небольшую студию — тут и кухня, и гостиная, заваленная книгами и неработающей техникой, дуэтом что-то вещали одинаково старенькие радио и телевизор. Радио — шипело, телевизор — рябил и хрипел. Одиноко на горе хлама стояла лампа, которая и освещала всю эту постапокалиптическую картину. К удивлению обоих мужчин пол и стены, даже потолок, здесь были вполне приличные и перемещаться было не страшно, хотя, наверное, следовало испугаться треска пластика под ногами.

- Льюис, Аэлирн! Я ждала вас ещё в четыре вечера! - тонкий, женский голос прозвучал здесь дико и пугающе, однако ни тот, ни другой не вздрогнули. - Почему вы так задержались? Тёмные?

Король едва успел развести руки в стороны, как ему на шею кинулась худая — кожа да кости — девушка, в рваной, потрёпанной футболке и коротких шортах. Казалось, она не ела вообще и питалась только электричеством, но, похоже, от этого было мало толка. Длинные чёрные волосы были подобраны в высокий хвост на макушке и забавно мотались из стороны в сторону при каждом её движения. Светло-голубые глаза так и сверкали интересом и совершенно нечеловеческим умом. И только поглядев в эти глаза Льюис испытал облегчение, однако не стал этого показывать, лишь улыбнулся уголками губ, приобняв девушку и тут же отпустив:

- Да, мой дражайший брат перепугался не на шутку. Давай сразу к делу, я ужасно устал, а нам надо двигаться дальше."

"Кивнув, девушка махнула им следовать за собой и быстро перепрыгнула через кучу пластика, тут же и взбегая по лестнице с полированными перилами — вероятно, так она и спускалась.