Камаэль (СИ)

Следом, с небольшим опозданием протиснулось - именно так, потому как пытались они это сделать одновременно - двое парней. Таких ребят я характеризую одним словом: лбы. Под потолок ростом (не спасал даже тот факт, что потолок в комнате был не очень уж высоким), столь же соломенноволосые, сколь и девушка, они смотрели на меня не менее удивленно. Впрочем, их таким вниманием солнце не одарило, а потому чуть золотистого ровного цвета кожа показалась мне ничем не примечательной. До одури одинаковые, они были весьма разными, как оказалось после. Да-да, они были близнецами. “Тебе чертовски везёт на близнецов и братьев, Льюис, не упусти свой шанс, - вовремя съехидничал Павший, и я почувствовал, как дрогнуло моё левое веко”.

- Добрый день, - не теряясь, произнес я.

Потрясённые переглядывания и вылупленные на меня глаза доводили до такой точки кипения, какой Павшему и не снилась, однако вежливость покамест перевешивала наполняющуюся чашу терпения. Первой очнулась девушка и мигом подбежала ко мне, заключив в объятия. На миг я даже обрадовался, что у нее не было груди - удушила бы, но с другой стороны предупреждающе хрустнувший нос испортил всю мою радость от счастливого спасения:

- Простите… Отпустите, пожалуйста.

- Не обращай внимания, она всегда такая. На каждого встречного-поперечного вешается, - отмахнулся один из близнецов.

- А потом в брюки лезет, так что - прижми одеяло, - поддакнул ему второй, хотя суровый взгляд Эрика и меня пробрал до самых костей.

- Льюис, как ты уже успел понять, эти трое - мои дети, - вздохнул он наконец, проведя по лицу широкой ладонью. - Это Линда, эти двое Максимилиан и Александр, сам разбирайся, кто есть кто. Ребята, это Льюис Мерт. Не терпит, когда его зовут Лу-Лу.

Девушка наконец удосужилась меня отпустить и озарила лучезарной улыбкой. И хотя это совершенно неприлично, я с легкостью разглядел небольшую щель между передними зубами, но эту улыбку трудно было назвать щербатой. Парни просто пожали мне руку по очереди, представившись отдельно, чтобы я мог их запомнить, хотя шуточки Павшего всё больше заставляли меня свирепеть и желать ему наконец умолкнуть. Не навсегда, но и на час сгодится.

- Приятно познакомиться, - произнёс я, чуть склонив голову и улыбнувшись семейству. Хотя, стоит признаться, что такое количество людей теперь меня невероятно напрягало.

- Какой-то он неразговорчивый, - бросил Максимилиан брату с сестрой, скрестив на груди руки и чуть приподняв бровь. - Льюис, ты совсем не ходишь?

- Если бы я мог ходить, я бы уже занимался своими делами, а не напрягал вашу семью, - натянуто улыбнулся я, искренне жалея, что не могу встать, собраться и уйти, хотя и пытался по ночам издеваться над собой.

Стоит ли говорить, что всё это отзывалось адской болью? Конечно же нет.